— Ты ещё поучи меня, как о ком надо говорить. Сама мало в этом разбираешься, клуша бесполезная, — сплюнула Разина. — Постой-ка, ты и девок своих сюда привела…
— Они твои внучки….
— Бабушка что происходит? — вышла из беседки Маша, в лёгком белоснежном платье прямо как нимфа.
— Она твоя внучка? — влезла Лиля, выйдя из-за спины родителей.
Я предпочитала оставаться позади, вместе с Матвеем.
Маша снова посмотрела на Разину, той было нечего ответить.
— У меня есть племянница, как здорово, — улыбнулась мама, и снова опустила глаза.
— Подождите-ка, что за дичь? Какая к чёрту племянница и внучка? Ты что ли? Офигеть, — ткнула пальцем в Машу Лиля. — Я ведь тебя помню. На Мацкевича всё время слюни пускала, а он…
— Замолчи, — вышла я вперёд и больно схватила сестру за плечо. Маша мне нравилась, и я не хотела, чтобы кто-то причинял ей вред. — Следи за языком Лиля, не вмешивайся в разговор старших.
— Алёна? — с надеждой посмотрела на меня Маша. — То, что они говорят, правда?
Я не смогла ответить. Мне стало так стыдно перед ней, что не передать словами.
— Бабушка? Ты хоть скажи что-нибудь? Эта женщина сестра папы, а Алёна и Лиля мои двоюродные родственницы? — пыталась выстроить логические цепочки Маша.
— Ну и что? От знания, что они тебе родные по крови, ничего не изменится, — была тверда в своих решениях Аглая Тимофеевна.
— Мама столько лет прошло, неужели ты до сих пор меня проклинаешь? И ведь твои проклятья сбылись. Ты победила, я приползла к тебе как ты и предполагала. Сколько можно ещё страдать? — взвыла мама, рыдая.
— Пока ты с ним, — кинула презрительный взгляд на папу Разина, — я тебя не приму.
— Плевать на меня, девочки, что тебе сделали? Почему ты ненавидишь Алёну? Она ответственная и очень сильная. В отличие от меня, она сможет стать той, кем ты хочешь, — слёзы смешались с криками мамы, и мне захотелось закрыть уши как в детстве.
— В ней гены твоего проходимца, она не сможет быть идеальной, — высокомерно заявила Аглая Тимофеевна. — Но это полбеды. Мацкевич, а ну-ка выйди вперёд, и отчитайся за содеянное.
Я обернулась на Матвея, и ждала объяснений. Никто не понимал в чём дело. Во мне, конечно, бурлили противоречивые чувства после сказанного, но больше всего интересовало, что скажет Матвей.
Долго он себя ждать не заставил, всё же предстал перед Разиной во всём своём наглом великолепии. С улыбкой и руками в карманах.
— Что вас так возмутило Аглая Тимофеевна? Знали ведь, с кем связываетесь, я слов на ветер не бросаю, — невинно пожал он плечами как ребёнок.
— Ты подонок Мацкевич. Я надеялась, что ты станешь прекрасным мужем моей Машеньке, а ты оказался вором. И что ты с этого куска поимел? У вас огромная корпорация, зачем тебе нужен был мой салон? Всё мало? Когда уже Мацкевичи остановятся? — верещала бабушка, и чуть ли кулаками не грозила.
— Что происходит? — шепнула мне Лиля.
— Откуда я знаю, — была честна я.
— Мамочка, мы сейчас решаем другой вопрос, — вмешалась мама, прерывая напряжённый разговор между бизнесменом и бизнес леди.
— Начхать мне на тебя, твоего муженька и твоих девочек. Этот нахал отцапал у меня треть бизнеса. И сделал все, так что не подкопаешься, — открыла нам тайну Разина.
— Просто нужно дружить с правильными людьми, — был краток Матвей.
— Это незаконно! — причитала бабушка.
— Законно. Поэтому и не подкопаешься. Вы не стали делить наследство своего мужа на всех. Отдали одной Маше, а Алёна и Лиля так и жили бы, ничего не подозревая. А я просто вернул им их долю. Видите, я чист как слеза младенца, — направился он прочь со двора Разиной.
— А ну стоять наглец! Я тебе что сказала, мы не закончили, — визжала Аглая Тимофеевна ему вслед, но пускаться в погоню, и нападать она не торопилась. С мужчиной ей всё равно не справиться.
— Бабушка это правда? — послышался слабый голос Маши. — Всё это? Включая…. Нет, какой-то кошмар. Алёна, — обратилась она ко мне, когда как я хотела побежать за Матвеем. — Давно ты знаешь? Со дня нашего знакомства?
Я растерялась, но постаралась ответить вразумительно:
— Узнала на первом совместном ужине. Прости, что не сказала. Я не хотела портить наши отношения. Мы нормально общались, мне казалось, если признаюсь, ты возненавидишь меня. Получается, что я неосознанно причинила тебе боль несколько раз, — медленно подошла я к двоюродной сестре, и взяла её за руки. — Ты меня простишь? Для меня это важно.