- Барев, - говорит нам Погосян и пожимает наши руки.
- Почему в такую рань? - спрашиваю , выхватывая еще сигарету у Эдо.
- А ты что боишься в школу опоздать? - хмыкает Азим, еще один головорез и правая рука Азата. И у меня подозрение, что если ему Погосян скажет слизать грязь с его подошвы, то он это сделает, не думая, ни одной минуты.
- Я хотя бы знаю, как это слово пишется, - парирую, вдыхая никотин через сигаретный фильтр. Когда-то я мечтал конструировать самолеты. Но в шестнадцать - все мечты перечеркнули, напоминая о том, что у таких как я нет будущего. Что у жизни свои планы и ты просто должен прогнуться, чтобы хотя бы у кого-то из двоих что-то вышло. Соня умничка, и я ни разу не пожалел о своем выборе этого «кого-то». Но в школе я все равно остался, несмотря ни на что, учиться мне нравилось, и это мне удавалось. Но даже под страшными пытками я в этом не признаюсь.
- Ты нарываешься, чувак, - тихо произносит Азим, прищурив глаза.
- Заткнитесь, - бросает нам лениво Погосян, прислушиваясь к урчанию мотора подъезжающей машины.
Проверка на оружие, жучков и всякой другой фигни проходит у нас буквально за пять минут. Сделка проходит гладко, никаких левых движений.
- Я вам позвоню, - обещает нам Азат и уходит вместе с Азимом. Мы с Эдо остаемся одни.
- Я могу подвезти тебя до школы, - предлагаю.
- На кой она мне, - отзывается мой друг, и мы выходим на улицу, прощаясь с ребятами, многие из них живут на этом складе. Я пожимаю плечами и сажусь на мотоцикл. На первый урок я явно не успеваю, зато можно успеть на второй. Я и так уже на крючке у начальства школы, но мои хорошие оценки не позволяют им избавиться от меня.
Азат дает о себе знать через три дня. Я с Эдо в клубе оттягиваемся, сидя на диванчиках. Возле нас сидят две хорошенькие длинноногие красотки, вечно хихикающие, мне кажется, они под кайфом. Но мне все равно, как и всем вокруг, на то, что мне пока нет восемнадцати, мой стакан снова полон. А иначе не выжить. Совесть, мать ее, не даст.