- Пойдем, - говорю. Беру ее за руку. Мы заходим в подъезд, понимаемся на нужный этаж и я впускаю ее.
Делает два неуверенных шага по коридору и оглядывается.
- Эта квартира побольше, - замечает и снимает берет, наклоняется и расстегивает обувь. Поворачивается ко мне.
- Да мой папа оставил мне проценты от одного счета, и как понимаешь, за восемь лет немного накапало, - отзываюсь.
Мы некоторое время смотрим друг другу в глаза. Я делаю шаг к ней, она ко мне и уже следующее мгновенье мы бросаемся друг на друга. Я швыряю с нее пальто, она с меня куртку, я хочу целовать ее бесконечное количество раз, и я целую, я так тосковал по ней, и это было хреново. А сейчас, сейчас я просто наслаждаюсь. Желание чуть ли не с болью отзывается в моих штанах.
- Ми...ка...эл...- пытается выдохнуть она, и я понимаю, что она меня отталкивает. Хмурю брови, отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее. – Давай… давай… не торопиться....
Киваю и медленно, наслаждаясь каждым своим движением, целую ее шею и спускаюсь вниз.
- Давай, - соглашаюсь.
- Мне нужно...Микаэл, что ты делаешь? - она выдергивает из моих рук свою кофточку, которую я собирался отшвырнуть к чертовой бабушке.
- Ты говори...а я тебе не буду мешать.
- Микаэл!
Я отстраняюсь от нее. Прислоняюсь к стене и закрываю глаза. Делаю два глубоких вдоха. Она права. И когда я мог это признать?
- Ты не звонил мне, - говорит произносит она, заставляя открыть глаза и повернуть голову.
- Чита, - протягиваю с сожалением, - ты осталась там, а я здесь. Почему ты приехала?
Не знаю для чего она приехала, но я не хочу, чтобы из-за меня она портила себе жизнь. Мы по-прежнему далеки друг от друга. И по-прежнему, между нами, большая пропасть. Время, которое прошло не изменило этого. А она не отвечает, просто молчит.
- Чаю? - спрашиваю, стараясь казаться более безразличным, чем есть.
- Нет, спасибо, - говорит, будто собираясь с мыслями. Сажусь напротив нее, лучшая защита - это расстояние. Вижу по ее глазам, что моя перемена настроения не прошла не замеченной.
- Папа мне все рассказал, - говорит девушка.
- Да? И что же?
- Сначала он мне рассказал о своем детстве и твоем отце, потом про братство... и про то, - она запинается и переводит дыхание, - о том...
- О чем, Чита? - не отрываю от нее глаз.
- О том, что ты ему сказал.
Я вижу, как ее щеки пылают от смущения, и она прячет глаза. О, черт.
- О том, что я люблю тебя? - как можно беспечнее спрашиваю, а у самого сердце в тиски и будто останавливается. Неуверенно кивает. Я пожимаю плечами.
- Мало ли, что я сказал. Мне казалось, я умру. Ты поэтому здесь? Чита, сколько можно верить в чудо? Я не тот человек, который ищет отношений, мне нужен простой перепих, и если ты не готова мне это дать, ты зря сюда приехала.
Я встаю, давая понять, что разговор окончен. Мое сердце стучит медленно и сильно, я чувствую каждый его удар. Вместо того чтобы сорваться с места и убежать, она медленно встает и подходит ко мне. Слишком близко. Ее запах персика и ее, просто затуманивает сознание, как наркотик. Она касается рукой моей щеки и ведет осторожно пальцем по шраму. Знай, я, что ее это так завлекает, изрезал бы все лицо к черту, только пусть она не останавливается.
- Я люблю тебя, - тихо признается Рита, глядя мне в глаза и переворачивая внутри меня все к чертовой матери. Выбивая почву из-под ног.
- Нет, Чита, - говорю слегка ошеломленный. - Нет.
Она легко улыбается и слегка пожимает плечами. И именно в этот момент я понимаю, что я покорен. Ее мягкостью, открытостью, нежностью и добротой.
Опять. Мать его так. По щелчку я готов лечь у ног этой девушки, честное слово, как долбанный придурок.
- В сентябре я перееду сюда учиться, в этом городе есть институт Иностранных языков и Культуры. Только, - она переводит дыхание, - только скажи, что тебе это нужно... что это не просто так. Что ты сможешь подождать... Что мы… - она смущенно смолкает. Будем вместе? Черт. Как просто. Я могу ждать.
Но это ведь Чита и, если даже она готова ради меня так круто повернуть свою жизнь, это не значит, что я готов позволить ей это сделать.
= 28 =
Маргарита