Глава 45
– Судя по виду, это тот самый парик, – сказал Генри. Он увидел разочарование на лице Уинни. Возможно, она взяла парик и отвезла его в хижину, даже не подумав об этом. Он попытался вспомнить ее с париком в руке, когда она выходила из его дома и шла по дорожке к обочине шоссе, где оставила свой автомобиль.
Когда он оказался в хижине, то снова занервничал. Все выглядело так же, но по-другому. Теперь здесь было чисто и хорошо прибрано. Мышиный запах никуда не исчез, но остался скрытым за запахом кофе и соснового освежителя воздуха. Чем пахла хижина в то лето, когда они собрались там? Сигаретным дымом и травкой. Масляными красками и скипидаром. Порошком карри, который Сьюзи добавляла практически во все блюда, которые она готовила.
Он увидел место, где Сьюзи вырезала свои инициалы на тяжелой деревянной крышке стола, и провел пальцами по выцветшим буквам SP.
Зачем ты вернулся, пупсик? Что ты надеялся найти?
Уинни настаивала на том, что новый парик появился сегодня утром. Она проснулась и обнаружила его в бумажном пакете на столе, рядом со своим дневником.
– Это не тот же самый парик. Он новый. И он слишком большой. Я потеряла первый, и она дала мне другой.
– Она? – спросил Генри и закусил щеку изнутри.
– Она вернулась, Генри. Она оставила еще одно сообщение в моем дневнике! Смотри.
Генри посмотрел, как Уинни открыла записную книжку и стала перелистывать страницы. Он был встревожен, – не из-за возвращения Сьюзи, но из-за того, что это может оказаться непосильным испытанием для Уинни. Она ломалась прямо на глазах.
Она выглядела постаревшей и усталой по сравнению с тем, как она выглядела сутки назад, когда вытащила Эмму из бассейна. Ее лицо словно исхудало. Генри невольно осмотрел хижину и убедился в том, что у нее есть еда. Он увидел банку кофе, кашу быстрого приготовления, большой пакет с кормом для кошек.
– Вот, смотри, – она протянула записную книжку.
Генри прочитал строчки, написанные неразборчивым почерком.
«Ты берешь стеклорез и аккуратно разрезаешь зеркало пополам. Потом ставишь половинки друг напротив друга, ложишься на пол и видишь зеркальный коридор. Заползаешь в этот коридор и вылезаешь наружу».
Дыхание застряло в горле. Что за безумное совпадение?
Но, с другой стороны, возможно, что Сьюзи была права: случайных совпадений не бывает.
Генри просмотрел предыдущие страницы и вернулся к последней записи.
– Похоже на твой почерк, Уинни, – сказал он.
Она покачала головой:
– Нет, Генри. Нет, это невозможно.
Он мягко накрыл ладонью ее руку.
– Может быть, ты ходила во сне, а теперь ничего не помнишь.
Но что, если нет? Что, если кто-то оставляет ей одежду и парики, пишет сообщения в ее дневнике?
– Это она! – воскликнула Уинни. – Я знаю, что это она. Она вернулась.
Уинни начала дрожать. Генри привлек ее к себе, обнял и прошептал «ш-ш-ш, успокойся» в ее волосы.
Жуткий лопающийся звук наполнил хижину, и он отшатнулся от нее и повернулся к переднему окну, в котором появилась дыра с зубчатыми краями. Эмма смотрела на него; ее лицо было искажено от боли, с ее правой руки капала кровь.
Глава 46
– Раньше я никому не рассказывала об этом, – сказала Тесс. Ее лицо раскраснелось от вина и от возбужденной исповеди. – Мы с моими друзьями в колледже образовали нечто вроде экстремистского художественного сообщества. Мы называли себя «Сердобольными Разоблачителями».
Зеленые глаза Клэр светились от интереса. Тесс никогда не видела глаз такого оттенка. Изумрудные глаза, которые притягивают тебя и заставляют думать, что ты единственная на свете, кто имеет значение именно сейчас, потому что эти глаза – эти прекрасные глаза – смотрят прямо на тебя. Ты сказала что-то интересное. Слова, которые привлекли ее внимание. Ты хочешь, чтобы этот момент продолжался вечно. Ты хочешь, чтобы это был один из тех резиновых моментов, которые растягиваются до бесконечности, и только потом, когда все встает на место, мир кажется сирым и убогим.
Они провели день в городе и теперь обедали в маленьком кафе со столиками под открытым небом на помосте, который выходил на реку. Клэр заказала бутылку вина, и официантка принесла порезанный багет с оливковым маслом, чесноком и перечной тапенадой.
Клэр спросила Тесс насчет колледжа:
– Вы учились в Секстоне, правда? И колледж совсем недалеко отсюда?
Тесс кивнула.
– Примерно в сорока пяти минутах езды отсюда. Он небольшой и довольно модный. Там преподают альтернативное искусство и садятся в круг на семинарах. Никаких оценок и экзаменов. Вместо общежитий маленькие домики, – там были даже коттеджи для нудистов и вегетарианцев, где нужно было снимать все кожаные вещи при входе и пить кофе только со сливками, – она закатила глаза, словно не веря своим словам.