Они оказались в своеобразной пещере в боку горы, которая не была видна со стороны священного места. В центре пространства, окаймленного радужным песком, находился журчащий сине-зеленый бассейн, простиравшийся на несколько ярдов во все стороны. Роща стройных серо-зеленых деревьев с бледно-лавандово-серыми листьями окружала песок. С их ветвей свисала белая ткань, которая развевалась и трепетала под легким ветерком. В одном конце маленького бассейна кто-то накрыл деревянный стол с едой и напитками на белой скатерти.
— Отдохните и подкрепитесь, — сказала Лисса, милостиво улыбаясь. — Искупайтесь в очищающих водах и оденьтесь в одежду, которую вам приготовили, — она указала на белую материю, висевшую на деревьях. — Я вернусь в назначенный час и приведу вас в храм Пустого Трона.
— Эй, не уходи, — позвал Раст, когда жрица повернулась, чтобы уйти. — У нас есть вопросы — чертовски много вопросов.
— На все будут даны ответы на совете, — Лисса снова улыбнулась и кивнула. — А пока до свидания.
И прежде чем Раст успел возразить, жрица каким-то образом растворилась в окружающей живой изгороди из деревьев и оставила их наедине с собой.
Что ж, пришлось следовать приказам жрицы. Надия не очень-то и возражала. Они с Софией быстро искупались в прохладной воде бассейна, пока Сильван и Раст держались в стороне. Под шелковистым, целительным прикосновением священной воды Надия почувствовала себя посвежевшей и гораздо более уверенной. Наконец, последние паутинки лихорадки были сметены, и она начала понимать, что произошло.
— Верховная жрица Пустого Трона — это ведь она вызвала у меня ал'лей? — тихо спросила она Софию, когда они плескались в воде.
София кивнула.
— Думаю, да, милая. Она так сказала.
— А еще от нее меня тошнит, — Надия все еще чувствовала болезнь внутри себя, как будто плотно сжатую в руке. Но скоро пальцы разомкнутся, выпуская жар снова.
— Чтобы привести сюда Раста, да, — София снова кивнула. — Верховная сказала, что он может исцелить тебя.
— Но как? — Они уже вышли из воды и вытирались, держась спиной к бассейну, чтобы мужчины могли купаться в уединении. — Как он может исцелить меня?
— Я не знаю, Надия, — призналась София. Ее зеленые глаза были встревожены. — Действительно не знаю. Вот, надень это, — она протянула Надии длинную белую мантию, точно такую же, как та, что была на жрице Лиссе. Надия подумала, не попросить ли тарп превратиться в этот наряд, но у нее возникла мысль, что верховная жрица узнает об этом и рассердится. Тем не менее ей не хотелось расставаться со своим верным одеянием. Шепотом она заставила его превратиться в бледно-голубой поясок, который обернула вокруг талии. — Вот так, — она вздохнула. — Кажется, я готова идти.
— Тогда давайте перекусим, — предложила София. — Эй, Сильван, — позвала она. — Можем мы уже развернуться? У вас приличный вид?
— Если ты называешь это приличием, — прорычал Раст.
Надия обернулась, чтобы увидеть его, и перевела дыхание.
— О, Раст…
София восторженно рассмеялась и подбежала к Сильвану.
— Ты выглядишь так, будто вышел прямо из фильма о греческих богах.
— Да, — пробормотал Раст. — Либо так, либо вечеринка в тогах. Почему, куда бы я ни отправился за пределы Земли, всегда оказываюсь в юбке или платье?
Он и Сильван были одеты в такие же мантии, как и Надия с Софией: легкая белая ткань без рукавов, которая собиралась на талии, а затем спадала до щиколоток. Однако на них эти одеяния выглядели как-то по-мужски. Но в одежде Раста было что-то такое, что беспокоило Надию.
— Вот так я впервые увидела тебя, — сказала она, шагнув вперед, чтобы взять его за руки. Ее лодыжка подвернулась в рыхлом песке, и она чуть не упала, но Раст успел ее поймать. Это было хорошо, потому что у нее не хватило бы сил устоять. «Лихорадка. Она внутри меня, ждет, когда сможет выйти наружу, — подумала она. — Делает меня слабой и неуклюжей».
— О чем ты говоришь? — спросил он, крепко обхватив одной рукой ее талию, поддерживая. — Я никогда в жизни не носил ничего подобного. Даже во время пьяных студенческих лет.
— Но я видела тебя, — настаивала Надия. — В видении, которое было у меня прямо перед церемонией соединения Софии и Сильвана. Я видела тебя таким, какой ты сейчас, в белых одеждах просителя и стоящим в храме богини. Вот почему я сначала была так уверена, что ты — Киндред.
Раст вздохнул.
— Что ж, ты оказалась права. Было ли что-нибудь еще в твоем видении?