В этот момент в маленькую комнату вбежали Брайд и Блад-Киндред, которого Меррик узнал как одного из медбратьев.
— Вот набор, Оливия, — сказал Блад-Киндред. — Она…
— Она больше не умирает. — Оливия посмотрела на Меррика со смесью удивления и беспокойства на лице. — Я не знаю почему, но Элизе стало лучше, когда он взял ее на руки.
— Что за черт? — потребовал Брайд. — Мне казалось, вы говорили, что Сильван запретил прикасаться к Элизе, пока она выходит из стазиса.
Оливия кивнула.
— Он так и сказал, все верно.
Медбрат из рода Блад-Киндредов нахмурился.
— Может, он как-то ошибся?
— Я так не думаю, — ответила Оливия. — Сильван знает свое дело.
— Тогда почему?…
— Заткнитесь, вы все, — прорычал Меррик, глядя на них. — Разве вы не видите, что она приходит в себя?
Действительно, большие карие глаза Элизы были открыты, и она смотрела на него с благоговением. Казалось, она пытается что-то сказать, но Меррик не мог разобрать.
— Скажи мне, — мягко произнес он, наклоняясь, чтобы приложить свое ухо к ее губам. — Скажи это еще раз, детка. Все в порядке.
— Он идет, — прошептала она, ее голос едва слышно доносился до его уха. — Он вернется, и на этот раз он приведет с собой других. Мы все умрем. Они съедят звезды… все звезды.
— Что? — Меррик нахмурился. — Кто вернется?
Ее глаза расширились от страха, и Элиза посмотрела мимо него, как будто видела что-то, чего не мог видеть он.
— Не позволяй ему прикасаться ко мне снова. Он сделал мне больно. Я пыталась рассказать, но она мне не верит… Ей все равно. Только… только Баку не все равно. Он пытается уберечь меня. Но он не может… не всегда.
— О чем она говорит? — спросил Брайд.
Оливия покачала головой.
— Она бредит — ее разум блуждает, — она посмотрела на Меррика. — Есть шанс уложить ее на кушетку, чтобы я могла ее осмотреть?
Нехотя Меррик кивнул.
— Хорошо, но если она снова потеряет сознание, я возьму ее обратно. Понятно?
— По мне, так все в порядке, — сказала Оливия. — Давай, Меррик, она уже вышла из стазиса, так что мы уберем трубку. Можешь положить ее на кушетку.
По ее команде Брайд и Глеван убрали стазисную трубку с дороги, оставив свободное место на маленькой кровати.
Медленно и осторожно Меррик уложил девушку. Однако он не мог полностью отказаться от ее прикосновений. Присев у изголовья койки, он держал одну из ее маленьких, прохладных рук в своей, гораздо более крупной. «Только потому что я ее защитник, — сказал он себе. — Я несу за нее ответственность, вот и все. Просто стараюсь делать то, что лучше».
— Хорошо, — сказал он Оливии. — Осмотри ее.
Молча, Оливия сделала все, что он просил. Когда она закончила, Меррик выжидающе посмотрел на нее.
— Ну? Что случилось?
Оливия покачала головой, на ее лице появилось обеспокоенное выражение.
— Ничего… совсем ничего.
Глава 30
— Что, черт возьми, ты мне только что сказала? — потребовал Раст, уставившись на верховную жрицу Пустого Трона.
Она вздернула бровь на его слова.
— Неужели это так трудно понять? Ты можешь исцелить свою маленькую женщину, только доказав, что являешься истинным Советником, которого мы ждали последнюю тысячу лет. И если докажешь, что ты — Советник, никогда больше не покинешь Первый Мир — ты будешь привязан к своей родной планете.
Надия почувствовала, как сердце подскочило к горлу. Какими бы жестокими ни были слова верховной жрицы, она чувствовала в них правду. Все было именно так, как она и предвидела — Раст будет вынужден сделать выбор. И если он решит остаться, то уже никогда не уйдет.
— Это правда, — сказал Сильван, повторяя ее мысли. — Согласно традиции, Советник привязан к Первому Миру, поклялся защищать его и не может покинуть его, пока жив.
— Подождите, отойдите на минуту, — Раст поднял руки. — Я не подписывался ни на что из этого. И не заметил на вашей посадочной площадке большого мигающего знака «Выхода нет, никогда».
— Замечательно, уходите, — верховная жрица пренебрежительно махнула рукой. — Не имеет значения, если твоя женщина умрет. Она все равно тебе не подходит — если бы она подходила, твои крылья уже проявились бы.
— О чем ты говоришь? — глубокий голос Раста был похож на рев разочарования. — У меня нет крыльев.
— Нет, но должны быть! — Изумрудные глаза верховной жрицы вспыхнули.
— Простите меня, — робко обратилась София, шагнув вперед. — Я не хочу начинать ссору, но если у Советника всегда есть крылья, почему мы не видели их на видео с отцом Раста, которое вы показывали нам?