— Белла! Нет!
Кровь… Она была на пальцах Беллы, когда ее тело вытащили из ущелья. Родители не пускали Агнес, но девочка вырвалась и побежала к сестре…
Спустя столько лет Агнес вспомнила об этом.
Она всхлипнула, закрывая лицо руками.
— Пожалуйста, Марк, не умирай… — зажмурилась девушка. — Ты нужен мне, придурок.
Ее плечи тряслись от слез, грудь сдавила боль и жгучая вина…
Во всем виновата она.
И в смерти сестры, и в аварии.
Она его погубила.
Почему врачи ехали так долго?!
Дальше все было как в тумане. Слишком шумно и слишком стремительно.
Сирена скорой помощи. И голоса, голоса, голоса…
Они сплелись в невыносимый гомон, и Агнес, несмотря на головокружение, упрямо настояла на том, чтобы поехать с ним.
Несясь в машине скорой помощи в больницу, она сжимала его руку в своей и бесшумно молилась за жизнь парня.
Следующие два часа тянулись невыносимо долго. В больнице поднялся шум — пациента увезли в операционную. Вскоре в клинику прибыли товарищи Марка…
Агнес ощущала себя маленькой и беспомощной в окружении стерильных белых стен. Она ненавидела эту атмосферу, этот цвет, больницы. Слишком много неприятных воспоминаний было связано с ними.
Она изнеможенно прикрыла веки, налившиеся свинцом. Почему врач так долго не выходил?..
— С ним все будет в порядке. Марк кремень, — утешил ее Рэт, ласково потрепав по макушке.
— Во всем виновата я… — Она шмыгнула носом. — Что, если…
— Не заканчивай это предложение, — строго одернул ее парень, нахмурив брови. — Твой любимый скоро очнется.
— Надеюсь…
— Ты как сама? Не ушиблась? — в сотый раз уточнил ее друг.
— Ты уже спрашивал, — отмахнулась Агнес. — Я в полном порядке.
«Если оценивать мое физическое состояние…» — горько подумалось ей.
Наконец, дверь операционной открылась, и оттуда вышел хирург.
Рэт сорвался с места.
Агнес до боли впилась зубами в губу, нервно поглядывая на невозмутимого врача.
— Предупреждая все вопросы — жизни пациента ничего не угрожает, — объявил он, и Рэт выдохнул.
— Слава богу.
— Что с ним? — тихо спросила Агнес, ощутив, насколько легче стало дышать. Словно гора с плеч упала…
— У него открытая черепно-мозговая травма. — Мужчина не успел договорить — на него налетела растрепанная и заплаканная Сара.
— Как мой брат? Где он?! — закричала она, едва не сбив мужчину в белом с пути.
— Успокойтесь. — Он устало вздохнул и отодвинулся от девушки на безопасное расстояние. — Как я уже сказал, у Марка сотрясение головного мозга, сочетанное с непроникающей открытой травмой. Несмотря на то, что этот тип травм наименее опасный, внутри мозговых структур пациента обнаружились гематомы. Травма привела к сдавлению мозговых тканей, а это спровоцировало кровотечение. Мы сделали операцию и удалили опасные очаги.
— Как она прошла? Марк уже пришел в себя? К нему можно войти? — завалила его вопросами Сара, едва доктор умолк.
— Операция прошла благоприятно, но делать выводы рано. Купирование острой фазы не есть выздоровление. Нам необходимо следить за его состоянием и контролировать течение постоперационной реабилитации. — Мужчина жестом пригласил их в свой кабинет и опустился в кресло. — Что касается его сознания — сейчас он отходит от наркоза. Только завтра вы сможете зайти к нему.
— Понятно. — Рэт кивнул. — Сколько продлится его лечение в стационаре?
— Все зависит от того, каким будет состояние парня в первые несколько дней. Если оно стабилизируется, он может пройти дальнейшую реабилитацию в домашних условиях, естественно, с посещением кабинета физиотерапевта первые несколько недель. Я составлю схему лечения. — Мужчина кивнул и взялся за ручку, но вдруг, словно вспомнив что-то, остановился: — Большую роль сыграло то, что нам удалось провести операцию вовремя. — Он многозначительно посмотрел на Агнес. — Промедление с операцией в течение первых четырех часов привело бы к девяностопроцентному риску летального исхода.
Агнес рассеянно кивнула. Он в порядке сейчас. Это было единственным, что имело значение.
Она вошла в палату к Марку следующим утром, сразу после Сары.
Парень все еще тяжело отходил от наркоза. Ему требовалось немало усилий, чтобы просто поговорить с кем-то. В ушах шумело, мысли путались.
— Если ты не хочешь меня видеть… я это пойму… — прошептала Агнес, уместившись на краешке его больничной койки.