Линк нежно проводит пальцами по моим ягодицам и вниз по бедрам, ожидая, когда мои ноги перестанут дрожать. Мне так нравится сладкое щекочущее ощущение его кончиков пальцев, что я не тороплюсь вставать.
Я поворачиваюсь и просовываю руки под локти Линка, как будто могу помочь ему подняться. Он так долго сидел на корточках, что у него наверняка затекли ноги.
— Тебе было неудобно? – спрашиваю я с óбморочной улыбкой. Наши взгляды встречаются, когда он встает.
— Нет. – Он качает головой. — Я мог бы умереть там, внизу, счастливым. Твоя киска – совершенство. – Он облизывает губы, пробуя на вкус мой оргазм, и в его взгляде появляется боль, которая, кажется, говорит: Приготовься. Мы даже близко не закончили.
— Никто никогда раньше такого со мной не делал, — признаюсь я.
— Не вылизывал твою кис…
— Нет, другое. – Я поднимаю мизинец.
— Ты сказала мне делать с тобой все, что захочу. – Он ухмыляется, в его глазах пляшет сексуальный огонек. — Тебе понравилось?
Мне всегда было любопытно, но однажды в прошлом я попробовала анальный секс, и это было больно. Едва он прижался ко мне, как жгучая боль взяла верх. Мне пришлось отказаться еще до того, как мы по-настоящему начали. Мой тогдашний придурок-бойфренд укорял меня за то, что у меня низкий болевой порог... но он никогда не предлагал начать с мизинца. Линк знал, сколько я могу выдержать в нужный момент. Я попросила его взять управление на себя, и он выполнил просьбу идеально. Настоящий гребаный мужчина.
— Думаю, с тобой мне все понравится, Линк.
— Милая девочка, – говорит Линк, глядя на меня, как охотник, оценивающий свою добычу. — Я сделаю так, что тебе будет очень хорошо. – Он кладет мою руку на свой стояк и начинает расстегивать рубашку, когда сильный стук в дверь заставляет меня подпрыгнуть. Кто бы это ни был, он безуспешно пытался выбить запертую дверь.
Линк прижимает палец к моим губам.
— Не обращай внимания, – шепчет он, скользя другой рукой по моей все еще влажной киске. – Мы еще не закончили.
Но стук повторяется.
— Воспользуйся другим, – рычит Линк, теперь уже раздраженно.
— Линк! – кричит Ланс через дверь. — Спартак.
— Блядь, – бормочет Линк, прежде чем издать резкий вздох разочарования. Он закрывает глаза и на мгновение опускает голову, после чего отходит от меня. Он забирает свой пистолет с того места, где спрятал его, и подбирает мои брюки и трусики, возвращаясь назад. — Мне жаль. – Он протягивает мне одежду, а затем снова застегивает кобуру. — Я найду тебя, когда закончу. Останься на ночь с Крикет. Не возвращайся в свою квартиру, пока я не смогу пойти с тобой. – Он торопливо целует меня в губы.
— Хорошо. Кто такой Спартак?
— Не кто. – Линк пожимает плечами, пытаясь придумать лучший способ объяснить. — Это стоп-слово ПАЛАДИН. Мне нужно идти на работу. – Линк открывает дверь в туалет ровно настолько, чтобы можно было проскользнуть. — Запри ее, пока не оденешься.
Я киваю ему, скрещивая ноги на случай, если Ланс находится достаточно близко, чтобы увидеть меня полуголой.
— Иден, мне правда очень жаль.
Я слегка улыбаюсь ему.
— Иди, спасай мир. Я буду здесь, когда ты вернешься.
Он фыркает.
— Спасти мир, – ворчит он. — Хотел бы я, чтобы это было возможно.
А потом он уходит, оставляя меня позади…
Но в кои-то веки я не чувствую себя одинокой.
Глава 19
ЛИНК
После второго удара он падает, и вместе со стулом с глухим стуком ударяется о кафельный пол.
— Блядь! – реву я в разочаровании. — Просто говори! Думаешь, мне это нравится?
Наш гость хнычет, когда я хватаю стул и ставлю его вертикально. Его запястья, скованные наручниками за спиной, натерты и кровоточат. Губа рассечена от удара моего кулака. От моих побоев он весь в синяках. Сколько еще он сможет выдержать?
Я присаживаюсь на корточки, чтобы мои глаза оказались на одном уровне с его.
— Когда все это дерьмо закончится, они помогут тебе. – Указывая на двустороннее стекло, я продолжаю: — Прямо за этим окном находится очень влиятельный начальник ФБР. У него есть полномочия перевести тебя в другое место и включить в программу защиты свидетелей. Они назовут тебя героем.
Я хочу назвать его по имени, но, если подумать, я его не знаю. Не узнал, пока мы с Лансом тащили его задницу через границу штата в багажнике машины. Никогда не думал, что увижу его снова. Каллен вызвал нас с Лансом в комплекс сегодня вечером, сказав, что ему нужно ускорить допрос. Потягивая кофе, он дал мне простые указания: "Нам нужен адрес как можно скорее. На кону множество жизней. Примени силу."
Он по-прежнему молчит, поэтому я пытаюсь зайти с другой стороны.
— Тебе не придется больше терпеть боль. Все очень легко. Просто дай нам информацию.
Парень опускает взгляд и одаривает меня дерзкой улыбкой. Даже с наполовину распухшим лицом он все еще выглядит чертовски высокомерным.
— Слушай, – говорит он, его голос хриплый. Он так измучен, что у меня появляется надежда – может быть, он готов сдаться. Но момент оказывается мимолетным. Он плюет мне в лицо. — Пошел ты. Убей меня, если должен, но я не стукач.
О, ублюдок, я искушен.
Я вытираю слюну с лица, а затем бью его в живот, на этот раз не сдерживаясь. Признаю, это было специально. Он стонет в агонии.
— Никуда не уходи, – говорю я с жестокими сарказмом, глядя на его скованные наручниками руки и ноги, привязанные к стулу. — Я скоро вернусь.
Входная дверь с жужжанием пропускает меня в смотровую комнату, и я встречаюсь с равнодушным взглядом Каллена.
— Ты там не слишком эффективен, – фыркает он.
— Он не собирается говорить. В данный момент я просто мучаю его. Ему нужна передышка.
— У нас нет времени на передышку, – говорит Каллен, потирая виски. — По данным разведки, мы, вероятней всего, в нескольких часах пути. Как вы думаете, ребята, сколько у них боеприпасов? – Каллен повышает голос. — Достаточно, чтобы сравнять город с землей!
Каллен и его команда не уверены, подрыв это или массовый расстрел, но мы знаем, что существует организация, планирующая массовое убийство через несколько часов, и этот ублюдок за стеклом знает, кто, что, где и когда. Единственная проблема в том, что он не хочет говорить. В течение последних нескольких недель ФБР использовало приятную тактику: предлагало ему помилование за преступление, оказывало королевское – или человеческое – обращение. Кажется, они даже предложили ему психологическую помощь. Это не принесло им много пользы. После пары безрезультатных недель, они бросили его на колени перед ПАЛАДИН и сказали нам сделать все необходимое за закрытыми дверьми, чтобы получить ответы.