— Оральный секс — это по-прежнему секс, – говорю я, звуча как на семинаре по сексуальным домогательствам, который уже неоднократно проводила. — Что означает, что я немного опоздала с вопросом, но ты, эм... чист… ну, знаешь, ты в порядке в плане здоровья? – я прищуриваю один глаз. Даже если ты медсестра, зарабатывающая на жизнь раздачей презервативов, спрашивать о сексуальным здоровье человека, которого тебе нравится видеть обнаженным, все равно неловко. Даже я не знаю, как справиться с этим изящно.
По лицу Линка расползается дразнящая ухмылка.
— Ты спрашиваешь меня, могу ли я быть потенциальным разносчиком венерических заболеваний?
Он наслаждается румянцем смущения, заливающим мои щеки. Не думаю, что Линк умеет смущаться, потому что ведет себя так, будто не понимает этого. Каждый раз, когда мне стыдно, он смотрит на меня так, словно я самое очаровательное создание в мире.
— Я спрашиваю, может быть, в последний раз, когда тебе зашивали пулевое ранение, тебя попросили помочиться в стаканчик... а потом прислали результаты?
Теперь он вовсю смеется.
— Благодаря протоколу Каллена, мне действительно приходится мочиться в стаканчик каждый раз, когда пересекаю границу страны, так что да, Иден, могу тебя заверить, я чист.
— Хорошо, я тоже.
— Значит ли это, что сегодня вечером мы можем обойтись без презерватива?
Я сверкаю на него зубами.
— Будет ли у тебя сегодня вечером секс или нет, во многом зависит от твоего ответа на предыдущий вопрос, – поддразниваю я.
Он поджимает губы.
— Ты задаешь вопрос, на который на самом деле не хочешь получить ответ. Какая разница, сколько их было, если все они меркнут в сравнении с тобой?
Я смотрю на него и пытаюсь не разинуть рот.
— Мне понадобится копия этого сборника фразочек, – шепчу я.
— Что?
— Ничего, извини. Но, в любом случае, наверное, лучше использовать презерватив. У меня долгое время не было страховки, поэтому не было возможности поставить новую внутриматочную спираль. Сейчас я не принимаю противозачаточные.
Должно быть, я сказала что-то не то. Линк закрывает лицо обеими руками. Когда я, наконец, вижу его глаза, они кажутся измученными. Он выглядит так, словно раздумывает, стоит ли задавать вопрос, который у него на уме. Наконец, он сдается.
— Ты хочешь когда-нибудь завести детей? – спрашивает он.
Мне не нравится паника в его глазах, но я отказываюсь лгать об этом. Ни одному мужчине, никому.
— Да. Но не обязательно прямо сейчас. И я не определилась с количеством. Но в целом, да. Я всегда считала, что рано или поздно стану матерью. Я так понимаю, ты не хочешь детей?
— Я не могу.
— Ты бесплоден?
— По собственному желанию, – признается он, больше не глядя мне в глаза. Линк смотрит в сторону бара, через весь ресторан, в сторону кухни... В общем, куда угодно, только не на меня.
— Что это значит?
— Давным-давно я сделал вазэктомию44.
О.
— Давным -давно? Тебе всего двадцать восемь.
Резко вдохнув, он хрипло выдыхает.
— Я присоединился к ПАЛАДИН в шестнадцать. Они предоставили мне оружие, новое имя и вазэктомию.
Я прикрываю рот руками, чтобы скрыть вздох. Конечно же, наш очень запоздалый официант возвращается во время самого шокирующего открытия вечера.
— Не хотите ли послушать о фирменных блюдах? – спрашивает он, расправляя салфетку на предплечье, достает бутылку Prosecco из тающей ледяной ванны и наполняет мой фужер.
Мой рот все еще прикрыт, а глаза широко раскрыты от шока, поэтому Линк собирает наши меню и протягивает их официанту.
— Удивите нас. – Линк поворачивается ко мне. — Ты любишь пасту?
Я киваю, но в данный момент у меня пропал аппетита.
Снова обращаясь к официанту, Линк говорит резким тоном:
— На ваш выбор. Если будет вкусно, обещаю, ваши чаевые втрое превысят счет.
Официант с энтузиазмом кивает.
— Спасибо, сэр, у меня есть на примере именно то, что нужно. Есть ли у вас на что-нибудь аллергия?
Линк качает головой, и я следую его примеру, с нетерпением ожидая, когда официант отойдет от столика. Как только он скрывается из виду, я протягиваю руку, чтобы погладить Линка по щеке.
— Они кастрировали тебя в шестнадцать? Ты был совсем ребенком. Это отвратительно. Какой врач стал бы это делать?
— Кастрировали? – отшатывается Линк в ответ. — Нет, нет, ты же видела. Он все еще работает. – Он подмигивает.
Я с сожалением усмехаюсь.
— Неудачный выбор слова. Я имела в виду «кастрировали». Линк, кто заставляет шестнадцатилетнего мальчишку такое делать? Было слишком рано принимать решение, которое определит всю твою дальнейшую жизнь. Веспер попросила тебя об этом?
Он накрывает своей рукой мою, лежащую на его щеке. Еще сильнее прижимается к моей ладони.
— Если бы не Веспер, я, вероятно, закончил бы так же, как те люди, от которых я избавляю мир сегодня. У меня не было хорошего детства, Иден. ПАЛАДИН подарил мне новую жизнь.
— И это, разумеется, требует многого взамен. Ты не можешь уйти. Ежедневно подвергаешь свою жизнь опасности. У тебя никогда не будет детей, даже если ты их захочешь? Это кажется жестоким.
— Было бы жестоко по отношению к ребенку, если бы я стал его отцом.
Убирая мою руку от своего лица, Линк возвращает ее мне на колени. Наконец, он берет свой напиток, что-то янтарное и сильно пахнущее. Он опрокидывает его одним глотком.
— Мы с Джори разные, – продолжает Линк. — Твой отец был воплощением чести и долга – он был героем. Я не такой, понимаешь? Я прячусь в тени, потому что наше правительство сочло то, что я делаю, злым и неприемлемым. Мне не светит медаль, Иден. Я другой, и подумал, что из-за всего, через что ты прошла с Empress и неофициальной работы в ФБР, может быть, ты тоже окажешься немного другой. Я думал, у нас есть что-то общее.… Но теперь я вижу, что твоя жизнь все еще многообещающая, в то время как моя безнадежна. Возможно, что бы ни было между нами… это только загонит тебя в ловушку. – Он целует меня в лоб. — Я не хочу загонять тебя в ловушку. Я не хочу причинять тебе боль.
Он действительно в это верит? Правда ли это?
У меня были планы. Я планировала выйти замуж к двадцати шести и родить своего первого ребенка в двадцать восемь. Может быть, через два года – второго. Планировала, что к сорока годам расплачусь за дом, и вскоре после этого у меня будет миллион долларов на сберегательном счете. Я пообещала себе заняться благотворительностью – было так много дел, которые я хотела сделать, что не была уверена, в каком направлении двигаться, но я была полна решимости помочь кому-нибудь, так или иначе. Я расписалась под «золотой жизнью», но не обратила внимание на мелкий шрифт.
Я не ожидала потерять отца после того, как он уйдет с одной из самых опасных работ в мире. Я никогда не планировала быть разоблачителем. Банкротство, долги, страх… Я ничего из этого не планировала. И уж точно не планировала влюбляться в такого обонятельного и нежного наемного убийцу. На бумаге наши отношения с Линком не имеют смысла. Но прямо сейчас, глядя в его прекрасные ледяные и в тоже время горячие глаза – все ясно как день.
К черту план.