— Левый карман. Просто забери это.
Я фыркаю.
— Оставь себе, мне все равно. Но предупреждаю, я превосхожу тебя в скорости и мастерстве. Ты умрешь раньше, чем додумаешься наставить на меня пистолет.
— Кто ты?
— Тот, кому интересна твоя информация, – категорично отвечаю я, сузив глаза. — А теперь говори, пока я не потерял интерес.
————
В комплексе ПАЛАДИН сегодня тихо. Я проверил кабинет Веспер, но он был пуст. Странно. Она попросила встретиться с ней здесь после того, как я сообщил, что дела улажены и я направляюсь домой.
На всякий случай заглядываю в кабинет Иден. Дверь, как обычно, открыта, но там пусто. Прошло четыре дня с тех пор, как я видел ее в последний раз, и мне придется подождать еще один. Сегодня у нее День Рождения, и она дала мне строгое указание оставить ее в покое.
Я решаю отправиться домой, принять душ, немного отдохнуть и разобраться с Веспер позже, пока не слышу шум, доносящийся из медицинского крыла. Мчусь по коридору и врываюсь в дверь смотровой комнаты.
Веспер стоит в углу, скрестив руки на груди и нахмурившись. Крикет сидит на смотровом столе, согнув одну ногу и подтянув ее к груди, пока доктор возится с ее кровоточащей рукой. Она щеголяет синяками, но одаривает меня широкой улыбкой.
— Ну приветик, солнце, – говорит она.
— Чертов Сверчок47, – поддразниваю я. — Теряешь хватку?
Она слегка заметно вздрагивает, когда доктор заливает ее открытую рану каким-то антисептиком.
Усмехнувшись, она толкает меня в плечо.
— Можешь сидеть спокойно? – отчитывает доктор Крикет. Я окидываю ее беглым взглядом, испытывая некоторое любопытство к женщине, к которой ревновала Иден. Даже в подметки не годится, Драгоценная.
— Что случилось? – я не беспокоюсь… Это ведь Крикет. Она может оказаться гораздо крепче меня.
— Я поторопилась. И не заметила за спиной придурка с мачете. Это всего лишь царапина, – говорит она, отмахиваясь от глубокой раны на руке. — Мамочка заставила меня обратиться в медпункт. – Она бросает неодобрительный взгляд в сторону Веспер.
— Как тот парень? – спрашиваю я.
Крикет сияет, ее улыбка расплывается от уха до уха.
— Как труп.
— Молодец, девочка
— Эй, кстати, а где Иден? Она сегодня не пришла на работу. Мы все подумали, что вы где-то трахаетесь.
Я написал Иден, когда вернулся в город, но сообщение осталось недоставленными. Она предупредила меня, что выключает телефон в свой День Рождения, и это единственная причина, по которой я не стал сразу же не ломиться к ней дверь, требуя доказательств того, что она жива.
— Сегодня у нее День Рождения. Она любит проводить его в одиночестве. Я увижусь с ней завтра.
— Что? – спрашивает Крикет, морщась и поднимая ладонь к потолку. — Нет, Линк. Ни одна женщина не хочет проводить свой День Рождения в одиночестве. Ты что, дурак?
— Не шевелись, – снова отчитывает доктор Крикет, которая раздраженно ворчит.
Я киваю на дверь, безмолвно прося Веспер переговорить со мной. Она следует за мной в коридор, и я достаю из кармана ключ, прежде чем вложить его ей в ладонь.
— Передай властям порта, что в контейнере 41B-2A нужна уборка.
Веспер выглядит измученной. Ее обычно ярко-красные губы поблекли, а низкий гладкий хвост распущен – изнурительные последствия того, что она весь вечер нянчилась со своим непослушным ребенком.
— Сколько трупов?
— Зависит от обстоятельств.
— В смысле? – она в замешательстве хмурит брови.
— Три и один связанный, если они придут сегодня ночью. Если подождут несколько дней... четыре.
— Ты оставил одного? – глаза Веспер расширяются от гнева. — У тебя были четкие указания очистить место происшествия, Линк.
Потирая подбородок, чувствую, как щетина смягчается. Я уже два дня не брился.
— У него была информация о новых грузах.
Веспер качает головой, снова скрещивая руки на груди.
— Какая информация? ФБР годами охотилось за источником. Потребовалась огромная удача, чтобы перехватить эту партию.
— Что ты хочешь от меня услышать, Веспер? – говорю я шепотом, чтобы случайно не разжечь любопытство Крикет. У нее, как и у Веспер, уши летучей мыши. — У меня есть координаты, которые ведут в маленькую деревушку в Сахеле. Единственное, что тебе остается решить, – это что ты хочешь с этим сделать.
Она отвечает на мой пристальный взгляд.
— А что ты хочешь с этим сделать?
Представив себе измученных женщин в цепях, я просто отвечаю:
— Я хочу голову змеи.
— Это Сахель. Угроза там подобна гидре. Отрубишь одну голову – вырастет миллион других, Линк. В любом случае, Африка находится вне юрисдикции ФБР. Каллен на это не согласится.
— К черту Каллена. К черту ФБР. – Чувствую, как во мне поднимается адреналин. Не кусай руку, которая тебя кормит, Линк. — Ты сбилась с пути. Юрисдикция ПАЛАДИН распространяется везде, где есть плохие люди, творящие зло. Или ты забыла об этом, зарывшись в своих бумажках?
Указательный палец Веспер оказывается в дюйме от моего лица. Ее взгляд становится холодным и угрожающим.
— Не отчитывай меня. Ты не понимаешь, какое бремя я несу, потому что я так захотела. Не ты несешь ответственность за тела, которые закопал в землю, а я. Я натравливаю собак, а не ты. Пока не согласишься надеть корону и признать, что из-за тебя тысячи сыновей и дочерей гниют на глубине шести футов под землей, не смей, мать твою, подвергать сомнениям мои решения. ФБР и я...
— Ты ушла из ФБР, Веспер. Разве не так был создан ПАЛАДИН? И ради чего? – рычу я, подражая ее воинственности.
— Не потому, что они были плохими, а потому, что они были неэффективны! – она закрывает лицо руками, как только слова слетают с ее губ, слыша иронию, ясную как день.
Отняв руки от ее лица, я пристально смотрю в ее темные глаза.
— Если тебе было трудно, ты должна была прийти ко мне. Не нужно было бежать обратно за значком.
Она тихо хмыкает, и я почти слышу в ее ответе чувство вины.
— Тебе было всего шестнадцать, Линк. Может быть, если бы я оставила тебя в покое, ты бы жил нормальной жизнью. Вот чего я хочу – найти что-то, что станет для тебя опорой, чтобы ты в конце концов не потонул, как я. Тут очень одиноко. Здесь нет ничего, кроме...
— Монстров и призраков, – заканчиваю я за нее. Когда я впервые услышал метафору Веспер о том, как она гоняется за монстрами и призраками, это прозвучало так круто для шестнадцатилетнего ребенка. Теперь это звучит просто трагично.
Некоторое время мы стоим в коридоре, не слыша ничего, кроме редких протестов Крикет за дверью, в то время как доктор вполголоса возражает в ответ.
Веспер первая нарушает тишину.
— Я настоятельно рекомендую Каллену посетить Сахель. Но нам нужно больше информации.
— Что ж, тогда проверьте контейнер 41B-2A. Там сидит канарейка, которая все вам напоет.
Веспер раздраженно выдыхает.
— У меня и так хватает забот с Крикет и театральными представлениями Ланса. Пожалуйста, не становись для меня проблемным ребенком. Впредь выполняй свою работу чисто.
— Да, мэм. – Я насмешливо отдаю ей честь, а затем сворачиваю в коридор, у меня уже слюнки текут при мысли о горячем душе и нормальной еде.