Она не знала куда идти, поэтому поспешила в кабинет директора. И столкнулась с Поттером.
– Я так рада тебе, – улыбнулась девушка, крепко обнимая друга.
– Снегг умер, – как-то грустно сказал Гарри. – В визжащей хижине был убит Нагайной.
– Что ты делал в кабинете директора?
– Снегг дал мне несколько воспоминаний. И мы были правы, тогда, в библиотеке. Я должен умереть.
– Но осталась еще змея!
– Держи, – Гарри протянул подруге сверток с мантией-невидимкой и распределяющую шляпу.
– Я не вижу меча.
– Поднимись в класс прорицания, там Невилл. Он мог бы быть на моем месте. Думаю, он справится.
– Гарри, может ты не так все понял, и тебе не нужно… умирать?
– Я видел, как Дамблдор говорил об этом Снеггу. У меня нет выбора, если мы хотим победить.
– Гарри, – заплакала Гермиона, обнимая друга.
Блаженная минута, а потом он стал выкарабкиваться из ее объятий.
– Я тебе поздравляю, – улыбнулся друг.
– Гарри, – очередной всхлип.
– Реддл дал мне час. Чтобы я пришел к нему, и мне пора.
– Он ведь убьет тебя! – они сильнее сжала руки на его плечах, впиваясь ногтями.
– В этом и смысл, Гермиона.
Он поцеловал ее в копну волос и поспешил уйти, но Гермиона смотрела ему в спину и плакала.
– Пожалуйста, – обернулся друг. – Не могла бы ты не плакать и не смотреть на меня? – он взъерошил волосы пятерней. – Я не смогу уйти, если буду чувствовать твой взгляд.
Она кивнула, закрывая глаза. А когда открыла, его уже не было. Еще одна потеря на сегодня.
Гермиона поспешила в класс Прорицания, как просил Гарри. И Невилл там действительно был.
– Что тут происходит? – шепотом спросила она у Лонгботтома.
– Мадам Трелони предсказывает будущее.
– Она же бесполезна в этом плане, – хмыкнула Гермиона.
– Она уже полчаса повторяет пророчество.
– Мы все его уже наизусть выучили.
– Да, но…
– Невилл, слушай, – перебила его девушка. Она наклонилась к друг и зашептала в самое ухо.
– Я не смогу, я ведь не Избранный, – покачал парень головой.
– Держи, – Гермиона протянула ему то, что Гарри передал.
– И этим мечом я должен убить змею? – удивился Невилл.
– Ты его видишь? – в ответ удивилась Гермиона. И когда юноша кивнул, Гермиона похлопала его по плечу, – ты Избранный, Невилл. Настоящий гриффиндорец. А теперь поторопись.
И Невилл скрылся под мантией.
Гермиона перевела дух, и поспешила к Макгонагалл, которая колдовала над Трелони в дальнем углу.
– Вы как раз вовремя, мисс Грейнджер, – улыбнулась Минерва.
А Гарри Поттер так и не понял, как это случилось. Вот он идет в сторону Запретного леса, а вот уже сидит на лавочке вокзала, с которого каждый год уезжал в Хогвартс. Все такое чистое, яркое.
– Не понял, – Гарри даже снял очки, но оказалось, что они ему вовсе не нужны. Он и без них все прекрасно видел и совсем не расплывчато.
– Здравствуй, Гарри, – кто-то мягко с ним поздоровался.
– Профессор Дамблдор! – воскликнул Гарри. – Я так рад вас видеть.
– И я тоже, мой мальчик, – директор одарил его своим теплым взглядом.
– Значит, я умер, да?
– Смерть неизбежна на нашем пути, – поучительным тоном сказал старик.
Казалось, Дамблдор сейчас еще что-то скажет, но его прервал жалобный стон. Гарри заглянул под лавку, откуда доносилось поскуливание.
– Это Волан-де-Морт, да?
– Какая-то его часть, Гарри.
– Он умер?
– Умирает.
– Профессор, но разве я не должен… не должен вернуться?
– А ты хочешь?
– Но там ведь мои друзья.
– Гарри, ты можешь сесть в поезд и уехать обратно. Или можешь пойти со мной, – предложил Дамблдор.
– Но сэр, – но Альбус его перебивает:
– Но ты вернешься призраком. Твои друзья погибнут или же покинут стены школы, а ты так и будешь там.
– А если я пойду с вами, сэр?
– Думаю, твои родители тебя ждут, сынок.
Гарри замялся.
– А разве тот камень не должен меня вернуть?
– А ты разве дал его кому-то? – Гарри отрицательно покачал головой. – Он все равно был не для тебя.
– Для кого?
Но тут поезд издал громкий сигнал, сообщая, что с минуты на минуту отправится в путь.
– Ты хорошо справился, Гарри, но это не твоя война.
– Но я же Избранный!
– Ты первый, Гарри, но не последний.
– А я знал, что это Невилл, – довольно улыбнулся Поттер.
Поезд снова просигналил, привлекая к себе внимание.
– Я пойду с вами, сэр, – сказал Гарри, и Альбус распахнул руки.
И Поттер шагнул в объятия старика, не замечая, что профессор тоже был без своих очков-половинок, да и мантия у него была ослепительно белая, а не серая. Гарри буквально растворился в объятиях своего директора, и Альбус расправил мантию.
Так смерть забрала с собой младшего.
Это не могло быть правдой. Все отказывались в это верить. Моросил дождь, но студенты все равно толпились на улице.
– Гарри Поттер мертв, – вещал Темный Лорд. – Ваша надежда мертва. И теперь вы должны покорится мне.
– Никогда! – выкрикнул кто-то в толпе.
– Выпустите великана, – велел Волан-де-Морт.
И Пожиратели пропустили вперед Хагрида. Великан, скованный цепями по рукам и ногам, медленно шел, вынося вперед тело на руках. И все ахнули – это был Гарри Поттер. Его широко распахнутые зеленые глаза померкли. Рыдая, Хагрид опустил тело парня на траву и вернулся обратно.
Темный Лорд увидел в толпе Драко и позвал его:
– Драко, не будешь ли ты так любезен проверить, жив ли этот мальчишка.
Под взгляды бывших однокурсников и просто студентов, блондин вышел из толпы. Медленно. Неуверенно. Дошел. Нагнулся. Пульса нет.
– Нет-нет, – шептал Малфой. – Все не может так закончится, – Драко злился. Приложил ухо к груди – ничего. Склонился над лицом – нет дыхания.
Но надежда умирала последней. Стал делать ему искусственное дыхание – ничего. Только лишь нащупал что-то в грудном кармане. Не долго думая, спрятал в своем кулаке. На память ли?
Поднялся, пряча глаза:
– Гарри Поттер… он мертв.
И накатила неизбежность.
– Гарри Поттер всегда будет жить, – вдруг раздалось. – Он будет жить в каждом из нас, пока мы его помним, – это был Невилл. – А мы не только будем его помнить, мы расскажем о нем нашим детям.
– Если выживите, – рассмеялся Темный Лорд.
– А ты уверен, что переживешь это утро? – бросил Невилл, который сам не понимал, откуда у него столько смелости.
– Я бессмертен, глупец! А ты?
– А я принес тебе подарок, Лорд, – немного нахально ответил Невилл. – И что-то бросил к ногам волшебника.
Все ахнули. Голова змеи. Отрубленная голова змеи.
Реддл дрожал от гнева и не сразу смог выговорить заклинание:
– Авада… Авада… АВАДА КЕДАВРА!
И чистый взгляд Невилла замер навсегда. Он всегда будет смотреть в предрассветное небо.
Робкий гул толпы. Непонимание. Отрицание. Никакого смирения. Два Избранных. Оба мертвы.
Гермионе плохо. Она никого не смогла спасти, а Невилла лично отправила на смерть.
Это утро – ее последний шанс. И она проиграла. Медленно она стала выходит вперед. Она не покорится, лучше уж Авада в лоб.
Но Волан-де-Морт ее не видел. Чистая боль и ярость плескалась в нем. Первобытные, как сама Земля. Что-то материализовалось перед ним. Знакомое, до боли.
– Элизабет, – выдохнул он.
– Ты пришел за мной, Том? – спросила девушка.
– Я… у меня тут дела.
– Почему тебя не было так долго?
– Я не…
– Ты больше не любишь меня? – продолжала засыпать вопросами Миртл.
– Моя Элли, – улыбнулся Том.
Он вытянул руку вперед, хотя знал, что она призрак, и рука пройдет насквозь. Но был удивлен, когда пальцы наткнулись на нее.
– Как? – прошептал Реддл.
– Это все Драко Малфой.
Реддл перевел взгляд на Драко, и только сейчас увидел Гермиону.
Гермиона пришла в себя первой.
– Кто-нибудь, убейте его, – закричала девушка. – Он стал смертным.
Но никто не посмел. Никто. Кроме…