– Ну и пошёл ты, Драко Малфой! – крикнула она в пустоту его комнаты. Девушка ушла к себе, твёрдо решив, что он не стоит ее бессонных ночей, ведь она и сама справится. Плюхнувшись на кровать звездочкой, Гермиона злобно посмотрела в потолок и уснула, представляя, как запускает в противного слизеринца несколько заклинаний.
Весь понедельник Гермиона не была сосредоточена на занятиях, поскольку пыталась поймать на себе взгляд серых глаз, но он упорно ее игнорировал. Она пыталась выловить его в коридорах, но он терялся в толпе.
И вторник был похож на понедельник. Весь день она искала встречи с Драко, но он был неуловим. Девушку радовало лишь то, что вечера ей скрашивал Тео, и она была ему безмерно благодарна.
В среду Гермиона проснулась с улыбкой на лице. Да, Малфой не ночевал все это время в башне, и Гермиона даже не видела, чтобы он заходил сюда, но ведь сегодня среда – день их внеплановых занятий. Девушка собиралась с особой тщательностью утром и даже подкрасила ресницы, предварительно замазав синяки под глазами, ведь половину ночи она проводила на лестнице, рассматривая портрет в надежде, что тот сжалится и откроется.
Гарри с Роном недоуменно переглядывались, не понимая нервозность своей подруги, но Гермиона лишь отмахнулась от них, бросив быстрый взгляд на столы, что занимали слизеринцы.
Вечером часы не успели пробить и шести, как Гермиона уже сидела в кабинете ЗОТИ, ожидая Драко с минуты на минуту. Сердце забилось быстрее, когда она услышала тяжелые шаги за дверью. Казалось, что прошла целая вечность, прежде, чем повернулась дверная ручка.
– Что вы тут делаете, мисс Грейнджер?
– Я… – Гермиона потеряла дар речи. – Я жду Малфоя, профессор Снегг.
– Мистера Малфоя, – поправляет Северус.
Гермиона закатывает глаза, понимая, что у всех слизеринцев в крови оскорблять ее. «Не всех», – попросила она саму себя. Перед глазами мелькнули синие глаза Тео, и страх перед деканом Слизерина улетучился.
– Мистера Малфоя, – сквозь зубы соглашается Гермиона.
– У мистера Малфоя в среду и четверг тренировка, мисс Грейнджер. Ему эти дни не удобны. Он должен был выбрать другие.
– Но он мне ничего не сказал!
– Значит, не выбрал.
Лёжа в кровати вечером, Гермиона вновь и вновь прокручивала эту сцену унижения, которую, по ее мнению, Драко не плохо спланировал.
В четверг она сама не пошла на их факультатив, а уже в пятницу не выискивала его платиновую макушку среди прохожих. Неделя прошла в томительном ожидании, и остался неприятный осадок, но Теодор неизменно был рядом с ней каждый вечер. Она оживала, расцветала рядом с ним. Гермиона чувствовала укол совести, осознавая, что Теодор заменил ей Гарри с Роном, но ничего не могла с этим поделать. Это было на уровне подсознания, ее так тянуло к нему.
В субботу к ним подсел Блейз Забини, и Гермиона ещё больше влюбилась в эти вечерние посиделки. Казалось, не было такой темы разговора, которую слизеринцы не смогли бы поддержать. Их интеллектуальные беседы превращались в жаркие споры по поводу какой-либо книги или ситуации, а потом кто-то разряжал обстановку хорошей шуткой, которая плавно перетекала во что-то новое и свежее.
Шла вторая неделя, как Малфой перестал показываться в Башне старост. И если сначала Гермионе было неловко или даже стыдно, то сейчас она перестала себя корить – в конце концов это он сам сболтнул что-то личное, а сейчас трусливо прячется от нее. Желание извиниться перед ним, посочувствовать и предложить свою помощь полностью отпустило Гермиону. Она больше не чувствовала этой гриффиндорской тяги спасти утопающего.
Блейз все чаще и чаще составлял компанию Нотту и Грейнджер, чему Гермиона втайне радовалась. Девушка чувствовала, что снова появляется какое-то напряжение между ней и Тео, поэтому боялась, вдруг это испортит их отношения, поэтому присутствие ещё одного слизеринца сдерживало их. Хотя с другой стороны Гермиона точно знала, что уж кто-кто, но слизеринцы ничего не испортят, они все делают идеально.
В среду она сама не пошла на занятия, а в четверг спустилась в подземелья, в кабинет Снегга. Она очень долго топталась под дверью, но все же решилась. Постучавшись и получив ответ, она решительным шагом зашла внутрь. Гермиона была уверена, что разговор будет неприятным для нее и длинным, но профессор Снегг даже не снял баллы с Гриффиндора, когда девушка заявила, что больше не будет заниматься с мистером Малфоем, поскольку не видит смысла в этих занятиях. На ее безграничное удивление он сразу согласился с ней и отпустил девушку. Если бы это был не профессор Снегг, Гермиона могла бы подумать, что преподаватель ее выпроваживает, но все же это был Северус Снегг, а он бы не упустил такую возможность. Попрощавшись, Гермиона поспешила уйти, пока Снегг не передумал, но он все же окликнул ее у самой двери.
– Мисс Грейнджер, – Снегг не только подождал, пока девушка обернётся, но и встал со своего места. – Чтобы вы не думали об этом, я хочу знать, что вы усвоили урок, который я хотел вам преподать.
Гермиона не спешила с ответом, вспоминая, как она получила этот факультатив и что он изменил в ней.
– Да, сэр. – Честно отвечает Гермиона. – Вы прекрасный учитель. Я усвоила урок.
– Всего доброго, мисс Грейнджер, – кивком головы Снегг дал понять своей ученице, что та свободна.
– Хочу сказать вам спасибо, профессор, – Гермиона не торопилась покидать кабинет, чувствуя необходимость высказать то, что было у неё на душе. – Сами того не ведая, вы преподали мне два урока, сэр, – Гермиона тепло улыбнулась, увидев, что профессор крайне заинтересован продолжением. Но вместо того, чтобы высказаться, девушка поспешила убраться как можно дальше от подземелий.
А вот в пятницу Джинни Уизли, подслушав в туалете весьма интересную сплетню, вечером решила заглянуть в библиотеку. И была приятно удивлена, заметив, как оживленно Гермиона что-то рассказывала двум парням, агрессивно жестикулируя. Решив, что троица так сильно увлечена своими дебатами, Джинни рискнула подойти поближе.
– Все равно ты нас не убедила, – смеётся Теодор, поднимая вверх ладони.
– Ну почему вы такие упрямые ослы? – всплескивает Грейнджер руками.
– Это у вас, маглов, нет волшебства, поэтому вам и сложно…
– И омутов памяти у вас нет, кстати, – вмешивается в горячий спор Забини.
– Это да, – соглашается Гермиона. – Но Тео, – тыкает в его сторону пальцем девушка, – заявлять, что волшебники фальсифицируют историю маглов – это мега смело!..
Дальше Джинни не стала подслушивать. Она снова вернулась на свою первоначальную точку наблюдения и не сводила счастливых глаз с подруги. Легкая тень огорчения отпустила Уизли, которой было обидно, что из-за каких-то разногласий между Гарри и ее братцем, Гермиона стала реже бывать в их гостиной. Это не сказывалось на общении между девочками, но было как-то неловко. Глядя на новое трио, Джинни поняла, что Гарри с Роном не дадут Гермионе подобного, и лучшее, что друзья могли бы сделать для своей подруги, то это отпустить ее. И Джинни дала сама себе клятву, что сохранит новую Гермиону и убережет.
Джиневра вернулась в гостиную Гриффиндора. Для начала она отменила сегодняшнее свидание, а затем в Джинни проснулся сыщик. Уже к обеду субботы она полностью удовлетворила своё любопытство.
Когда вечером Гермиона шла в библиотеку, паря в облаках, цепкие женские пальчики неожиданно затащили ее в кабинет, крепко схватит за руку.
– Джинни! – Гермиона рассмотрела своего похитителя.
– Гермиона, – улыбнулась ей Уизли. – Ты куда-то торопишься?
– Ну как бы да, Джинни.
– Не в библиотеку ли? – улыбка стала шире.
– Что происходит?
– Ты совершенно про меня забыла, и я клянчу твоё внимание, вот и все, – Джинни печально разводит руки в сторону и садится на парту позади неё.
– Джинни…
– Ты поэтому бросила Рона, потому что встречаешься с другим? – в лоб спрашивает Уизли.
– Глупости! С чего ты взяла? – Гермиона подсела к подруге.
– Я думала, что узнаю это от тебя, а не из сплетни в туалете.