— Я раньше видела снег только по телевизору. Мне было так интересно! Я оделась как можно теплее и вышла во двор. О боже, какой кошмар! Такого холода просто не может быть, даже в холодильнике! Моё лицо! Что с моим лицом? Оно всё горит! Как больно! Я испугалась, что у меня сейчас слезет кожа! А что случилось с дорогой? Она вся скользкая, совершено невозможно стоять. Я хотела убежать обратно домой, поскользнулась, упала — и лежу! Моя мама увидела из окна и выбежала мне помочь. Но тоже упала, лежит и не встаёт, барахтается в снегу! Хорошо, что бабушка увидела, сбежала вниз по лестнице, но выходить не стала. Открыла дверь и протянула нам швабру. Мама ухватилась, а я за неё, и бабуля нас подтащила к дверям!
А ещё нужно обязательно рассказать про американку Гейл. Она мне запомнилась тем, что постоянно говорила о своей обуви. Примерно так:
— Швеция — замечательная страна с древними традициями. Единственное, что мне не нравится, у меня здесь бывает очень грязная обувь. Да, обувь тут сильно пачкается. Недавно мы ходили гулять в лес, и мои ботинки сильно запачкались, мне пришлось их мыть. В американских лесах обувь никогда не пачкается. В Стокгольме такие грязные дороги и торговые центры, и даже транспорт. Каждый день, приходя домой, я проверяю состояние своей обуви. И она почти всегда оказывается грязной! В Америке я бы подала в суд, но здесь меня никто не хочет слушать!
Мы все очень разные. Первые недели я испытываю шок, настолько мы друг на друга не похожи.
Буквально всё у нас разное: возраст, уровень образования, цели в жизни. И учимся мы поэтому совершенно по-разному. Нам много задают, но никогда не проверяют, что мы сделали. На уроках нас не спрашивают и оценок не ставят. Поэтому у некоторых учение продвигается очень быстро, они просто несутся вперёд сломя голову, а другие бесконечно топчутся на месте. Наша группа совсем недолго остаётся такой, как я её запомнила в самом начале. Начинается расслоение, брожение и шатание. За месяц я закончила весь первый курс и потребовала меня проэкзаменовать. За второй месяц я одолела второй курс, а за третий — заключительный. Преподаватель ворчал, что студентам из постсоветских стран вечно нужно больше всех, но я парировала, что так уж нас воспитали. Кто ж виноват, что нас так воспитали? А может быть, у нас просто отсутствуют какие-нибудь хромосомы?
Группа быстро разлетелась на части, и больше я почти никого не видела. Единственный человек, с которым мы общались, был англичанин Марк Джоунз. Он уехал обратно в Англию, но продолжал иногда слать мне настоящие бумажные (не электронные) письма. В последнем значилось:
Дорогая Катя!
Как было бы весело, если бы ты смогла приехать ко мне в гости. Если ты выедешь в конце сентября, то как раз успеешь на лисью охоту. У нас в деревне много зверей, и я могу тебе обещать очень хороший гон. Только не забудь свою винтовку на лис, потому что у меня их всего семь, и я уже обещал их друзьям. Буду ждать тебя.
Я подумала: ничего себе люди живут! Винтовка на лис! Не забыть взять свою винтовку на лис. Главное, не перепутать. Не на кабанов, не на уток, не на королевских оленей, а именно на лис. В этом всё дело!
Июль 2004 года
Контактные линзы для ангела
Закончив изучение шведского за три месяца, я решила, что уже достаточно знаю язык для того, чтобы начать работать. Я зашла на сайт центра занятости и прочла около сотни объявлений в разделе «Требуются». После этого я разослала невероятное количество резюме и стала ждать. Но в ответ пришло только одно письмо из фирмы, занимающейся уборкой помещений. Причём я не помню, чтобы я им что-нибудь посылала. Я себя знаю, ну не могла я захотеть работать уборщицей! Однако других предложений не было, и я решила посмотреть, что там за работа.
Приехала в офис в центре города на собеседование. В трёхэтажном здании была устроена самая настоящая квартира с мебелью и всем остальным, чтобы уборщицы могли тренироваться. Меня попросили показать, откуда я начну уборку, как её продолжу и где закончу. Потом я доказала, что умею менять фильтры в пылесосе и управляться со стиральной машиной.
Я понравилась, и меня записали на двухнедельные курсы. Курсы начались и закончились, и вот сегодня — мой первый рабочий день! Мне выдали ключи от виллы и десять листов машинописного текста с инструкциями и пожеланиями. Я должна была встретиться с девушкой Осой, которая бы мне показала, как работать и что делать. Она в этом доме убирает два раза в неделю по восемь часов, теперь этот дом отдают мне. Мы встретились, она говорит: «Слушай, мне надо сегодня пойти в одно место. Ты не справишься без меня? Езжай вот по этому адресу, там дверь будет открыта, ребёнок дома один, спит.