Жабодав и Мох подошли к Фирсу, после чего Жабодав первый протянул руку, а вот Фирс как-то испугался этого жеста. Еще сильнее он испугался взгляда Моха исподлобья, но все-таки протянул руку Милету.
— З-здравствуйте, — проговорил Фирс слегка дрожащим голосом.
— Здравствуй, — произнес спокойно Милет. — Романо поговорил со мной, и тебе бояться нечего. Ты все-таки исправился в каком-то плане. Придется произвести определенную переоценку своей деятельности. Еще подумать о том, какие механизмы можно использовать для сохранения вида кворонов. Пора идти.
Фирс пытался различить какую-то уловку в словах наемника, бегал глазами от Милета к Моху и от Моха к Милету, но никак не мог понять, врет ли Жабодав. Может быть, сейчас они зайдут на корабль, и там Фирса распнут… Нет-нет-нет! Не думать…
Фирс, после минутной задержки, проглотил вязкую от страха слюну, кивнул и жестом позвал наемников за собой. Вероятно, находясь в другой ситуации, этот человек в бейсболке с ушами дал бы деру, но вес поручения Романо, а также два амбала за спиной не позволяли ему это сделать. Животный страх играл в его маленьком сердечке, которое сейчас стучало прямо в висках, но вся ответственность ситуации почему-то заставляла Фирса пересилить себя и двигаться к регистрационному окну космопорта.
Вдруг ему на плечо легла тяжелая рука бородача, а сердце будто бы остановилось. Холодный пот, кажется, целым ручьем потек по спине, а яички человека будто бы сжались и ушли куда-то глубоко-глубоко в недра организма их носителя, что Фирс прямо-таки почувствовал.
— Ты так не трясись, а то вызовут ментов и каюк нам. Ты ж и нас, и Романо подставишь, — проговорил грубый голос почти двухметрового великана, на фоне которого Фирс представлял собой лишь какого-то мышонка рядом с сильным рыжим котом.
— Хорошо…
— Тебе, может, спирта отлить? Ато как-то больно уж сильно ссыкуешь, — спросил он же, глядя уже на Жабодава.
— Не… Не стоит, — проговорил Фирс. — Я себя… Сам… Да. Сам успокою. Только я подойду к окну один, а иначе, ну… Могу снова слегка занервничать. Я не кину.
— Ну, смотри, Фирс, а иначе Романо останется без достаточного числа бойцов, и мы там поляжем. Все, — бородач проговорил это спокойно, а Фирс из-за этого слегка успокоился, видимо, они действительно не собирались убивать бывшего бандита, но все-таки какая-то доля страха все еще оставалась.
Наемники остались позади Фирса и отошли к одной из колонн космопорта, когда тот начал говорить с девушкой в окне.
— Какое-то он ссыкло для того, кто работал с жабами, а? — ухмыльнулся рыжий, глядя на Милета.
— Давай-ка откажемся от этого термина… Все-таки они не животные, какими я их считал. Надо будет поподробнее изучить их историю. Все-таки… Моя ненависть носила характер, наверное, личной неприязни. Понятно, что квороны превратились в какую-то дрянь, но они же, наверное, не всегда такими были, — проговорил как-то мрачно Жабодав.
— И кличку сменишь? — ухмыльнулся Мох.
— Пусть она останется клеймом позора и для меня, и обозначением моего призвания по уничтожению худших из кворонов. Кстати… Что интересно… Оказывается, что они не все такие твари. Я почитал в космонете о нескольких кланах кворонов, которые занимались и занимаются охотой за головами, то есть… Нашей работой. Романо все-таки раздробил этот стереотип о том, что все квороны твари.
— Да не… Его и не было. Ты же этих самых… Оружейников и наркобарыг не сильно трогал, так что… Он просто усилил твою лояльность к расе, вернее… — Мох задумался. — Не лояльность, но как это говорят… Толерантность. В принципе, твой выбор, командир, я тут особо препятствовать не буду, ибо все-таки с убийством детей был перегиб. А как я помню… Ты же шок-пехотинцев сравнивал с СС, а те на оккупированных территориях детей убивали, а мы выходит… Чем тогда от нацистов с Земли отличаемся, если всех под одну гребенку?
— Ну… Противоречие на противоречии… А почему вы не говорили об этом? Боялись, что ли?
— Говорили. Просто ты не слушал. Я, признаться… Много раз твой приказ не исполнял. Помню, на станции Гром-10 была одна семья кворонов, которая нам вообще не оказывала сопротивления. Я тогда в тройке с Занозой и Серпом шел, ну и… Ликвидировали тех, кто с оружием был… А вот эта семья… — Мох опустил глаза. — Мы им дали сбежать. Ибо… Они даже оружие против нас не направили. Не знаю уж, как долго они прожили после нашего «благородного» крестового похода, но, по крайней мере, я дал им шанс. Ты бы, наверное, всех под нож пустил, а я вот как-то не мог, но перечить тебе особенно нельзя было, поэтому и молчали. Так уж ты свою сестренку любил, что простить им не мог убийства. А мы что? Мы твою горесть разделяли до поры до времени, а дальше… Дальше уже видели, что у тебя башню сносит. Вот помнишь, когда мы работали с Гремом Железякой?