— Мы прибыли для того, чтобы набрать бойцов для нашего ЧОП, планируем пройтись по местным барам и поискать достойных бойцов. Как слышите, Айскрим-6?
— Слышу хорошо, Рейвен-3. Приветствуем в нашем ангаре, приятного времяпрепровождения, — произнес мужской голос, после чего связь прекратилась.
Корабль вошел внутрь отсека, а затем пролетел в ангар, после чего опустился на одну из десяти посадочных платформ для крупных кораблей.
…
Вскоре они были уже на одном из жилых уровней «средней» станции, что обозначало их малую криминогенность, а также относительно большое число станционной полиции. Вот стояли два постовых, один был вооружен помповым дробовиком, второй офицер, судя по всему, в кобуре имел довольно увесистый пистолет. Фуражки с покрытием голубоватого цвета сверху, а также с клетчатым ободом вокруг головы. Одежда их скорее напоминала какое-то около военное подразделение, а именно некие однотонные комбинезоны темно-синего цвета, на них были надеты бронежилеты с разгрузками. Один из полицейских вытянул руку вперед с поднятой ладонью.
— Здравствуйте, товарищи, — проговорил Жабодав, продолжая движение к полицейскому.
— Остановитесь, — скомандовал офицер.
— А вы чего такие перепуганные, граждане? — спросил Мох. — На нас, вроде как, оружия нет, да, бронежилеты, но не более ведь.
— Что вы делаете? — спросил Фирс. — Подчинитесь!
— Я требую от Вас подчиниться требованиям станционной полиции! — говорил офицер, после чего Жабодав наконец остановился в паре метров от слегка побледневшего паренька.
— А по какому поводу нас останавливают? — спросил Милет, злобно ухмыльнувшись.
— Мы останавливаем Вас для проверки документов, — проговорил человек в фуражке.
— Да ладно. А чего не представитесь? Может Вы нас, начальник, развести хотите? М? — спросил Мох, глядя на полицейского, который довольно крепко взялся за дробовик.
— Старший лейтенант Захаров, — проговорил офицер с одним крестом на погонах, глядя на наемников.
— А почему количество крестиков у тебя, лейтенант, не соответствует званию? — ухмыльнулся Жабодав.
— Чего? — спросил человек, глядя на наемников и переглянувшись со своим протеже.
— Да того. У старшего лейтенанта на погонах три креста, а у тебя один. Нагнуть ты нас хочешь, начальник. Врешь. Да и поста у вас тут нет. Дуй отсюда, пока не наваляли, «мент», — ухмыльнулся Мох.
— Так… Хорошо. Вы ничего не видели. Нас тоже не знаете. Мы типа, ну… Актеры, и вот кино снимаем, короче… Тренируемся, короче, — проговорил тот, что с дробовиком.
— Да-да. Именно так. Вон там камера, кстати, стоит, — кивнул куда-то «офицер».
— Дуй отсюда, ментенок, — продолжал как-то угрожающе улыбаться Мох и парочка начала довольно быстро улепетывать.
Фирс посмотрел на Милета и Моха с каким-то недоумением.
— Что такое? Или ты тут только с «черного хода» бывал? — спросил Жабодав.
— Ну… Вообще-то таких наглых рэкетиров встречаю впервые. Это ж до чего их жизнь довела, что они прямо на средних уровнях кошельки и документы «проверять» стали?
— Эти ребятки, похоже, с планеты, так что понятно, что их до такой жизни довело, — проговорил Мох.
— А как ты это определил? — спросил Фирс, глядя на великана.
— Ну… Станционные менты себя жестче ведут. Оружие сразу наизготовку, если ты самую малость не подчинился, ну и это… По глазенкам видно, что со стволами работают впервые, скорее всего, до этого чьи-нибудь карманы чистили, а теперь вот… До станционных актеров дошли. Вообще… Им повезло, что мы их встретили первее, чем те ребята, которые сюда топают. Им станционные менты перышки бы начистили. Плюс… У местных ментов имеются специальные посты с укрытиями и прочим, чай не в уважении у простого народа живешь, поэтому такое положение их в уголке — штука странная, да и всего двое, — говорил Мох, продолжая идти за Жабодавом.
— Я думал, что на станции с полицией строже…
— Строже. Просто в других местах. Сама полиция строже, ибо замкнутое пространство, а вот в плане отношения к ним… Неа. Нифига. Их особенно боятся только если их много и они с крутыми пушками. Надо ж понимать, что эти полицаи — это ЧОПы. Какое к ним уважение может быть? — спросил Мох у Фирса.
— Ну… Особенно никакого, ибо они могут в угоду своему начальнику кого-нибудь шлепнуть и прочее, но я думал, что это приведет к тому, что их требованиям подчиняются беспрекословно.
— Если ты народ долго шугать будешь, он однажды перестанет бояться. Вот и вся штука. Нынче народцы станций перестали бояться, помню, там, в сводках некрологоводной станции было аж десять ЧОПовцев за один день. И это в разных местах станции по одному-два человека. То есть… Их вылавливали по одному и кончали. Так что… Они нынче даже себе некие казарменные блоки оформляют и ходят всегда кучками.