— Ну, смотри… — слово взял Жнец. — Тибальт — это редкостная мразь, но его навыки… Они бесценны. Да, он конченная сволочь, однако нам нужно понимать то, что он необходим нам, как некая прорывная сила. Он и его киборги могут отлично прорваться через противника, чем прочистить нам путь.
— Ага… Но помни про то, что этот мудозвон привык играть гребаные спектакли, даже во время боя. Я лично помню, как в новостях мелькало то, как этот идиот начал читать какой-то стих прямо посреди битвы. Он тупо встал по центру поля и стал его орать, — достаточно громко проговорил Мох.
— Это правда… Жаль, что тогда он сражался не с какими-нибудь талерианцами… Тогда бы его уже с нами не было, — ответил Жнец. — Но он жив, и грех его не использовать.
— Это правда, — проговорил металлический голос талерианца. — Тибальт является идеальной машиной для убийств. Ему абсолютно плевать на то, кто перед ним: пехотинец, экзоскелет или бронемашина. Плюс… Это возможность слить Тибальта. Ничего личного, только желание, наконец, окончить муки этой поехавшей жестянки.
— Клио, нам не стоит умерщвлять одного из нас. Он такой же наемник, как и мы…
— Но он беспредельщик, — вставил свое слово Грэм. — Я лично знаю несколько отрядов наемников, которые Тибальт вырезал под корень без какой-либо на то причины. Война между наемниками — это обычное явление, но только в том случае, если эта война оправдана теми или иными объективными причинами.
— А я говорил, что он толковый парень, хоть и по отряду маловат! — заулыбался Гришка Жнец, глядя на своих соратников.
— Ну да… Можно его и шлепнуть, однако как мы это провернем? Нас, мягко говоря, не поймут наемники всей Федерации. Это очень медийное лицо, — в разговор вмешался подошедший недавно бритоголовый, из отряда Жнеца.
— С этим да, Тигр, проблема, но он слишком большого о себе мнения, — проговорил Жнец.
— А может, грохнуть его в космосе? — спросил Кувалда, глядя на других. — Корабли у нас мощные, и если мы его вчетвером зажмем… Ему конец.
На несколько минут повисло молчание, люди переглядывались между собой, а после снова заговорил Жнец.
— Да. На поле боя мы его не убьем, а если и убьем — это будет очень уж опасно, ибо его ребята — это тоже большая проблема… В космосе же он — полный ноль против четырех кораблей. Считаю, что план Гюнтера лучший. Но вопрос лишь в том, какова причина? — спросил Жнец, глядя на остальных.
— Беспредел. Он даже на этой станции сумел устроить резню, хоть и среди пиратов… Но… Там был не один наемник, поэтому мы имеем определенное право на самосуд. Тем более, там был мой знакомый, Хорек Зеленый, — проговорил Грэм, смотря на Гришку.
— Угу… А Хорек чем-то среди наемников известен? — спросил Жнец.
— Особо нет, но есть именитые люди и рогарийцы, которые попали под удары этой механической твари. Считаю, что пора кончать эту клоунаду, — довольно спокойно проговорил Грэм.
— Вы же понимаете, какую ответственность мы на себя берем? Это один из легендарных наемников, который имеет много друзей… — заговорил Жабодав.
— Но столь же много врагов. Не ссы, Милет, и не таких кончали. Надо еще Жестянку выловить… Он ведь тоже известный, не настолько, конечно, как Тибальт, но все-таки, — спокойно проговорил Жнец.
— Жестянка стал пиратом, а значит, обесценил свое имя. С Тибальтом другое… Несмотря на свой беспредел, он остался наемником, а так и меня есть смысл шлепнуть, — проговорил Жабодав.
— Твой беспредел касался пиратов, работорговцев и торговцев смертью, а вот его беспредел касается наемников, так что это разный беспредел, Жабодав. Ты лучше ответь… Ты с нами? — спросил Жнец, глядя на своего бывшего капитана, а после добавил. — Или струсил?
— С вами я… С вами… — как-то тяжко проговорил Жабодав. — Просто… Корабль-то у него тоже не хреновый. Зигмунд-5, кажется, а это машина быстрая и начиненная оружием. Мы сами не потеряем кого-нибудь?
— У меня катер Броненосец-1, два тяжелых лазера голубого спектра… Я бы мог его и в одно рыло убрать, но так точнее будет. У Грэма ОиГ с хорошим таким рельсотроном, один выстрел — один корабельный труп. Если вы струсите, мы и вдвоем разберемся, — отчеканил Жнец.
— А не это ли противоречие с твоим кодексом, Жнец? — спросил Жабодав. — Прошлое остается в прошлом.
— Да. Прошлое остается в прошлом, но не все и не всегда. Он просто повел себя как свинья с вами, а вы хотите это простить? А «прошлого» за ним столько, что с десяток имен капитанов наемников можно назвать, погибших от его рук. И это только именитые. Пришло время сводить счеты, — спросил Жнец, глядя в глаза Жабодаву.