— Угу… Разбежался. Тебе заплачены деньги, капитан, и если ты не исполнишь услугу, которую у тебя купили — тебя так натянут, что ты пожалеешь о своем поступке.
Капитан шок-пеха оскалился, но все-таки пошел к своему транспортнику.
— Неплохо-неплохо, только вот нам враги среди шок-пеха не нужны, старший лейтенант Гарри Грэм, — проговорил Милет, глядя на парня. — Но, в принципе, ты правильно сделал, не осуждаю. Двадцать шесть же тебе? Как это было?
— Я не хочу разговаривать о том штурме, по крайней мере, сейчас, а собака должна знать свое место. Этот капитан не участвовал ни в чем, кроме ликвидации местных митингов, его лицо фигурировало в новостях, да и что-то он там «докладывал» о том, как они «геройски» выбили демонстрантов из здания правительства, в общем… Офицерской «чести» ему не занимать, — проговорил спокойно Герой Федерации.
— Что ж мне так на вас, Героев Федерации, везет? — спросил, улыбнувшись, Милет.
— Я бы не назвал это везением, ибо Герои Федерации, зачастую, люди потрепанные жизнью, так как они не соответствуют устоявшимся нормам самой Федерации. Я, конечно, про истинных героев, а не про этих. У какого-нибудь генерала шок-пеха имеется тот же самый орден, что и у меня, однако вопрос в том, за что этот орден получен? Вот Роберто Романо… Про него почти вся Федерация слышала, ибо он прикончил одного из самых известных генералов Рогар, рисковал своей жизнью, чуть не погиб из-за болевого шока, кое-как смогли плазменный ожог ликвидировать, а эти… За что медальки и ордена? За сохранение внутреннего «спокойствия»? — улыбнулся Грэм как-то болезненно. — Да, некоторые шок-пехотинцы участвуют в освобождении заложников, в сохранении нормального человеческого уровня жизни среди населения через ликвидацию преступности и терроризма, но это делают рядовые бойцы, а не генералы. Я вот помню… Приходилось общаться с некоторыми старшими офицерами шок-пеха, так это и не люди вовсе. Какие-то биороботы, мыслящие тем, каким образом проще усмирить протест. Образ, зачастую, силовой. Вот знаешь, к примеру, шоковый аркан? — спросил Грэм, смотря на транспортеры шок-пеха.
— Ну… Слышал, но не видел в действии, — ответил Милет.
— А я вот видел и знаю, что это такое. Зрелище, после действия аэроциклистов шок-пеха, отвратное. Разорванные куски плоти, ибо аркан смыкается на шее, а далее тащит человека за аэроциклом. При этом аэроциклист старается задеть этим как можно больше людей, то есть задеть их уже живым трупом, который на аркане болтается. Потом его об асфальт долбит, благо, шея уже сломана, и он не чувствует боли, но труп обычно разодран на части. Сам аркан в народе носит имя «аркан Фейма», Фейм — имя генерала, который наиболее любит применять аэроциклы во время наиболее массовых демонстраций, но да… Его методика работает. Я помню еще… Видел казнь с помощью этих арканов… Один аркан зацепили за ноги, второй за шею. Вернее, тот, что за ноги был обычной крепкой веревкой, но сути не меняет. Человеку оторвало голову, а обезглавленное тело протащили по площади, поэтому шок-пех — это не люди. Они хуже рогарийцев, и даже василисков, — как-то мрачно проговорил старший лейтенант, а Жабодав лишь покивал в ответ.
…
В скором времени бронетранспортеры на воздушной подушке прибыли на базу шок-пеха. Уиклиф как-то мрачно осмотрел вышедших, а Грэм скомандовал построиться в пять шеренг, после чего капитан шок-пеха, в своей манере, как-то паскудненько улыбнулся.
— Итак, граждане ЧОПовцы, сейчас вы вошли в святая святых этой планетки — на одну из баз шок-пеха. Здесь имеется множество достопримечательностей по типу комнаты пыток, — человек козырьком своей кепки указал на здание, будто бы уходящее под землю. — Вот там я кого-нибудь из вас сгною, если вы испортите хоть что-то на нашей базе. Оглашу определенные правила. Вы не имеете права заходить в помещения без сопровождения кого-либо из личного состава базы. Если вы захотите по малой нужде, только попробуйте справить нужду на полигоне, у меня в арсенале есть прекрасная машинка для стерилизации путем давки яиц, так вот… Если я обнаружу хоть одну лужу — я найду того, кто это сделал и использую свой инструмент. Далее… Желательно соблюдать тишину во всех местах, кроме полигона. Вы должны вести себя, как мышки, ибо иначе у старших могут возникнуть вопросы. Чисто де-юре, вы здесь нелегалы, и если кто-нибудь из вас решит громко выругаться, чем напряжет нежные ушки нашего майора, — он будет болтаться в петле, как любой человек, проникший на базу шок-пеха без спроса. Потом его труп сожгут в печи, и никто ничего не узнает. Усекли? — этот человек с переломанным горбатым носом говорил это настолько спокойно, что у некоторых, стоявших напротив, прямо-таки пробегали мурашки.