Выбрать главу

– Почти никто из них не вернется, – глядя в глаза индийцу, сказал генерал.

Тамил удивленно поднял брови.

– Ты жалеешь русских?

– Там будут и наши летчики, и болгары… Холера ясна, кто только у нас не летает! Вазник жаловался, что на одного своего летчика у нас приходится по два легионера. Албанцы, белорусы, даже француз один есть, непонятно только, откуда он взялся. Француза – жалко.

– Ничего, на русских машинах всегда стоят неплохие катапульты, – жестко произнес Тамил. – Нам нужны свои триста спартанцев.

– Мы останемся без авиации.

– Через неделю она нам уже не понадобится. Вы, славяне, любите красивые слова, так я скажу – это будет лебединая песня балканского неба. И назвать операцию, если хочешь, тоже можно красиво. Например, «Осенний гром». Так согласен?

Подумав, генерал решительно кивнул головой.

– Ты прав, нам нечего терять.

– Отлично, тогда давай вернемся в компанию, пока нас не хватились. А то еще подумают, что мы тут секретничаем.

Индиец тщательно сложил карту.

– Бутылку не забудь, – обернулся уже от двери генерал и шагнул через высокий порог.

* * *

Главной целью воздушной операции «Осенний гром», которую уже давно исподволь готовил советник генерала Бялецкого, был даже не разгром, а хотя бы нанесение чувствительных потерь силам первого и второго эшелона наступательной группировки армии США на Балканах. Главными целями считались органы управления и связи, а так же техника – танки, БМП и вертолеты.

Несмотря на то что Вазник действительно согласился пойти ва-банк и личными приказами предоставил для нанесения ударов практически всю оставшуюся авиацию, воздушные силы сербов не были слишком впечатляющими. Усилиями оставшихся в живых немногочисленных техников и инженеров – в том числе и отозванных с базы в Шар-Планина – удалось «поставить на крыло» двенадцать МИГов, закупленных Югославией еще в 1974 году и стоявших на консервации с середины восьмидесятых. Эти самолеты, скорость и маневренность которых продолжала оставаться приемлемой и сейчас, по своему оборудованию давно и безнадежно устарели. Впрочем, для тех задач, которые поставил перед летчиками Тамил, это было совсем не важно – все двенадцать самолетов предназначались для нанесения первого удара по вертолетной базе, и в дуэли с ее ПВО атакующие самолеты были обречены.

Несколько большую боевую ценность представляли собой девять модернизированных истребителей. По некоторым параметрам новые МИГи получили преимущество даже перед F-16, появившимся на два десятка лет позже.

Кроме того, к операции «Осенний гром» были привлечены и последние оставшиеся в строю пять МИГ-29 и три СУ-37, до сих использовавшиеся для отражения хотя бы части воздушных ударов противника по позициям наземных войск. Еще три «сухих», дислоцированных на горной базе, должны были обеспечивать разведку и быть в запасе на случай «непредвиденных обстоятельств».

Итого – тридцать две боевые машины, способные нести на своих подвесках оружие. Эта цифра выглядела бы впечатляюще, если не знать о том, какие силы противостоят этим трем десяткам самолетов.

В зоне ответственности генерала Бялецкого готовились к очередному продвижению вперед механизированная дивизия из состава пятого армейского корпуса и седьмая легкая пехотная дивизия, которую американское командование хотело было расформировать, но вместо этого направило на Балканы. Каждая из групп включала по два оперативных смешанных батальона. В резерве групп находились также несколько танковых, артиллерийских и пехотных батальонов. И еще один батальон легкой пехоты охранял базу объединенной вертолетной группы.

От удара с воздуха эту базу прикрывали восемнадцать скорострельных установок «Вулкан» на гусеничных шасси, зенитно-ракетная батарея и несколько позиций для переносных зенитно-ракетных установок «Стингер». Несколько меньшими силами прикрывались штаб, тылы и резерв дивизии, однако эти «меньшие силы» тоже были достаточно серьезны, хотя и менее современны – в прикрытии танкового батальона резерва оказался задействован даже комплекс, предшественники которого использовались еще в арабо-изральской шестидневной войне. Зато штаб корпуса оказался, среди всего прочего, под защитой огневой секции ракет «Пэтриот», способных перехватить и превратить в бесполезные обломки даже боеголовку баллистической ракеты.

И конечно же, у наземных частей была могучая поддержка с воздуха. Генерал Бялецкий и не подозревал, что не только с сербской стороны фронта дела кажутся «хреновыми».

Развитие событий в рамках операции «Горец» все больше и больше отклонялось от того, на что рассчитывали в Вашингтоне. Вместо короткого, впечатляющего удара по Сербской Босне и последующего «поддержания мира» все новые и новые контингента американских вооруженных сил оказывались втянутыми в бои сначала с армией Сербской Босны, а потом и с Трансбалканией. Сравнительно легко пройдя равнину, части пятого, а потом и третьего армейских корпусов завязли в гористой части Сербии, время от времени получая чувствительный отпор. Молниеносный по задумке «Горец» все сильнее и сильнее превращался в затяжную и кровопролитную войну на уничтожение.

Сербская авиация, которую военные несколько раз полностью нейтрализовывали (главным образом в своих докладах наверх), тем не менее то и дело где-то возникала и наносила неожиданные удары там, где этого меньше всего ожидалось. И если удар по авианосной группе, закончившийся потерей двух кораблей, был представлен как «самоубийственная акция фанатиков», то сбитые В-2 символизировали собой настоящий провал идей о «подавляющем превосходстве в воздухе». Узнав о провале операции возмездия, президент предупредил военных, что, если в ближайшее время положение не изменится, он прикажет перейти к новому варианту действий на Балканах, предусматривающему прежде всего вывод американских войск. Таким образом, готовящееся наступление было решающим не только для сербов, но и для американцев. Правда, между ними имелась разница – для сербов решалась судьба их земли, а для американцев ставились на кон карьера, звания, профессиональная честь…

Разумеется, для военного профессиональная честь значит немало, и на поддержку готовящегося наступления была собрана беспрецедентная авиационная группировка. Больше сотни истребителей-бомбардировщиков F-18 «Хорнет», примерно столько же «томкэтов» и «интрудеров» с авианосцев, «хариеры» корпуса морской пехоты, дислоцированные в Болгарии «тандерболты», F-16 из Германии… Даже две эскадрильи бомбардировщиков F-111, которые готовили к снятию с вооружения, попали на аэродромы бывшей Народной Армии Югославии.

Свою лепту в воздушную войну над Балканами вносили и итальянцы, и французы, которым хотелось испытать в бою свои «рафали» – истребители нового поколения, пришедшие на смену «миражам». Всего около шести сотен военных самолетов различного назначения поддерживало с воздуха «Горца», ставшего самой крупной боевой операцией в Европе за все время, прошедшее с мая 1945 года.

* * *

Несмотря на то что для троих оставшихся на горной базе русских летчиков в плане «Осенний гром» отводилась роль резерва, честь начать операцию выпала не кому иному, как Казаку. Среди вооружения, доставленного в злополучном контейнере с улыбающимся котом в короне, были две ракеты, которые и Казак, и Корсар до сих пор запускали только на тренажере, еще в России, на стационарном имитаторе групповых воздушных боев, где летчик сидит в настоящей кабине истребителя, спрятанной под белый десятиметровый пластиковый шар, и на поверхность этого шара проекционная система выводит изображение воздушной обстановки, синтезированное с учетом не только действий пилота, но и с учетом действий еще троих летчиков, сидящих под такими же куполами рядом.

Сверхдальняя ракета КС-132, снабженная твердо-топливным воздушно-реактивным двигателем и способная пролететь до четырехсот километров, считалась настолько секретной, что российское правительство, обычно более чем благосклонно относящееся к торговле вооружениями, на этот раз наложило вето на попытки КБ даже не то что продать, а хотя бы выставить КС-132 на ежегодной ярмарке оружия в Абу-Даби.