Когда он вытащил ножь, из раны кровь не хлынула, как я ожидала, а просто стекала тоненькой струйкой. Я смотрела на неё и, странное дело, мне было совершенно не жаль его. Да, он человек, живое существо, которое истекает кровью, но лично у меня было большое желание, чтобы Шамиль больше не открыл глаза. Не знала, каким богам за это молиться , но хотела, чтобы наши пути больше никогда не пересеклись. Я сидела на кровати, поджав под себя ноги и обняв одной рукой свои острые коленки. Наблюдала, как Ибрагим вставляет иглу в правую руку и ставит капельницу. Интересно, почему заботятся так о насильнике? Ведь он плохой человек... почему обо мне никто не хотел заботиться? Чем я заслужила полный игнор во всем общежитии и институте? Боже! Институт! На следующей неделе уже надо выходить на учёбу, и так же неделю пропустила. Навёрстывать всё надо... теперь думай, как за выходные избавиться от этого психа.
Ибрагим никуда не ушёл. Он уселся в кресло в комнате и прикрыл глаза.
— Ты не уйдёшь?— мне было неприятно находиться под чьей-то бдительной охраной. Наручников вполне достаточно.
— Расскажи, кто его поранил?— спросил Ибрагим не открывая глаз.
— То есть останешься...- подвела итоги я.
Доктор резко подался вперёд и открыл глаза. Сейчас они пылали бешенством, сродни вспышкам гнева у Шамиля.
— Я спросил, кто его ранил!— тихо, но захотелось предоставить отчёт в письменном виде.
— У него и спросишь, если проснётся,— сказала я, смотря ему прямо в лицо. Меня уже тяжело напугать, дорогой.
— Он не расскажет. Удар нанес тот, кто смог подойти слишком близко. Он доверял этому человеку. Он даже не защищался. Лезвие зашло очень плавно и мягко. Так зарезают любимый скот,— он рассказывал мне все это монотонно и смотрел прямо в глаза. Какая-то жуть брала от его подробного повествования ,— я бы даже сказал, что он хотел, чтобы его порезали . Словно принял в наказание. Но какая вина?
— Зачем тебе это надо? — спросила я, наблюдая как маниакально изучает моё лицо Ибрагим.
— Хочу убить того, кто причинил вред моему младшему брату ,— словно речь шла о бутерброде, так спокоен он был.
— В смысле «все мы братья» или «кровинушка, плоть от плоти»?— уточнила я, чтобы оценить весь масштаб бедствий, которые я смогла притянуть за столь короткое время.
— В смысле вскормленные одним молоком,— пояснил Ибрагим.
— Агааааа,— протянула я, не зная что сказать.
— Расскажешь, красавица?— вроде бы тихо спросил доктор, но страх скользкой дорожкой пробрался прямо под рубашку.
— Боюсь, не получится так красочно, подождём, пока Шамиль проснётся,— попытала удачу я.
Меня спас телефонный звонок, который отвлёк Ибрагима. Понимаю, что не надолго, но всё же... доктор посмотрел на телефон, нахмурился, но при этом смахнул на «ответить»:
— Да.... да, правда. Нет, не надо. Он вряд ли проснётся до утра. Как здесь ?
Раздался звонок дверь.
Ибрагим встал с кресла, бормоча что-то на чеченском , и пошёл открывать двери. Послышалась возня и какие-то возгласы. Да, ночь всё веселее и веселее.
— Какая-то девка его зарезала?! Да пусти ты меня!– при звуках этого голоса, я сжалась вся как пружина. Нееееет, только этого мне не хватало. Пожалуйста, только не...
Размашистым шагом в спальню ворвался Руслан и замер. Он выпучил на меня глаза, словно не верил в возможность моего нахождения тут. Признаться, я и сама не особо понимала, как вообще могла оказаться здесь. Его взгляд опустился вниз на моё запястье, которое лежало рядом с Шамилем, закованное в наручники. Он наморщил лоб, видимо, пробуя понять, что здесь происходит. Зря. Я сама с трудом могу это понять.
— Лена?– всё таки прошептал Руслан.
— Вы знакомы?— входя в комнату спросил Ибрагим, с подозрением приглядывая то на Руслана, то на меня.
дорогие читатели! Ваш отклик очень важен. В зависимости от вашей активности и подписки решается вопрос уходить с этого ресурса или оставаться.
если вы хотите иметь возможность читать эту историю до конца, то ваша подписка обязательна)