— На учёбу я пойду!
— Через несколько дней, не раньше
— Да как ты..– начала я , но услышала звук закрывающейся двери.
Так начались дни моего заточения. Целую неделю я просидела дома.
Шамиль уходил рано утром, почти не общаясь; а приходил поздно вечером, невероятно хмурый и злой. Забегал в душ, потом долго курил на кухне и приходил в спальню. Засыпая, он всегда обнимал меня, зарываясь в волосы.
В один из этих дней Шамиль пришёл пьяным. И слегка потеряным, бормоча, что это он во всём виноват. Когда я вышла в коридор к нему, Бараев, прислонившись спиной к двери, смотрел на меня своими чёрными грустными глазами, которым всего лишь пару секунд понадобилось, чтобы обрести яростное выражение:
— Х*** я им тебя отдам,— оттолкнулся от двери, пошёл прямо на меня, захватывая в объятия и шепча мне прямо на ухо, — моя ты, Ленушка, только моя.
Просматривая новостные сайты о чрезвычайных ситуациях в городе я искала , что-то страшное... и тем не менее, ничего не находила. Пару человек попали под машину, до больницы их не довезли; кто-то выбросился с окна; кто-то зарезал свою семью... Да, жутко , конечно. Но я искала что-то вроде « жертвами безжалостной перестрелки враждующих банд стали десятки человек в центре города». И ничего подобного не находила. Мне даже стало казаться, что идея о нападении надуманная и реальной угрозы нет. Как минимум мне.
Именно поэтому я добивалась свободы, чтобы побыстрее выбраться из этой клетки. И в конце концов мне это удалось.
Уже в понедельник, мне сняли лангету и я, всё ещё хромая, поехала на учёбу. Вернее, повёз меня Шамиль, довёл до аудитории и оставил на попечение трёх амбалов.
— Если они потеряют тебя из виду, то приеду сам и , поверь, тебе это не понравится,—напутствовал меня Шамиль. Посверлив его глазами, хотела сказать, что я об этом думаю, но Бараев напомнил,— Это условие твоего выхода за рамки квартиры.
— Хорошо, – пробубнила я, опуская голову. И тут Шамиль, хохотнув, поцеловал меня в лоб и пошёл. Я даже рот открыла от изумления. Это было что-то новое.
Целыми днями я ходила рядом с этими амбалами. Если раньше, я была не особо популярной дамочкой в университете, то теперь слыла уже раком-отшельником, под защитой акул. Самое интересное, что ни один преподаватель не сказал мне ни слова по поводу моих сопровождающих. Словно это само собой разумеющееся.
На работу я начала ходить с пятницы, ожидая её с нетерпением, так как надо было закупаться к новому году подарками для родных, покупать билет домой и обратно. Вообщем, расходы предстояли хорошие и следовало поработать, чтобы оставались деньги на жизнь.
Думая о новогодних праздниках, я решила, что пора бы уже купить билет, чтобы были нормальные места в поезде. Ехать возле туалета на боковой совсем не хотелось. Засев у компьютера, решила не откладывать дело в долгий ящик, зайдя на сайт российских железных дорог. И лишний раз порадовалась до какой степени мир стал проще: купить можно всё, даже не выходя из дома.
Как раз когда я уже распечатывала билет, дверь хлопнула и Шамиль мгновенно заглянул в комнату. Это первое, что он делал, заходя домой. В любом настроении и состоянии, первым делом Бараеву надо было убедиться, что я никуда не сбежала.
Кивнув мне, он уже было собрался выходить, как его взгляд упал на бумагу, выезжающую из принтера . Нахмурившись, он подошёл ко мне и спросил, беря билет в руки :
— Что это?
— Билет.
— Это я вижу.
— Тогда зачем спрашиваешь?
— Ты собралась домой?
— Ну да.
— Почему мне об этом не сказать ?
— Ты сам об этом только что узнал. Заметь, первым! Как только я купила билет.
— Ты надолго?— он так смотрел на этот билет, словно держал какую-то заразу вселенского масштаба.
— На праздники.
Шамиль перевёл взгляд на меня. И честное слово. Мне впервые показалось, что я кинула ребёнка в его первый сознательный Новый год без подарка.
— Что?!– не выдержала я.
Он молчал пару минут, положил билет на стол и пошёл разъехаться, по дороге давая указания :
— Одной сейчас ехать никак нельзя. Поедешь с ребятами и билет надо поменять с плацкарта на СВ.