— Я, Солара. И я здесь живу. Это моя комната. А ты кто?
Она уставилась на меня, будто увидела впервые:
— Дияра Ранстрай. Даниэлла.
— Как здесь, — я обвела комнату рукой, — оказалась?
— Буду учиться в магадемии, — она гордо вскинула голову.
— Соседка, значит. Ясно. Твоя комната слева. Моя справа. Добро пожаловать.
— Там точно никого нет?
— Конечно, нет. Располагайся, — на всякий случай огляделась в поиске дракоши.
Девушка поставила табурет, расправила плечи и величественно скрылась за дверью своей комнаты. Но стоило мне облегченно выдохнуть, как раздался жуткий грохот под аккорды женского визга. Распахнув дверь, я уцепилась за ручку, чтобы не упасть. Соседка с ногами заскочила на кресло, а на кровати, переливаясь черными чешуйками и щуря четыре глаза, ощерился дракоша. Два существа смотрели друг на друга и верещали, что есть мочи в одной тональности. Для моего музыкального слуха такая акапелла оказалась просто убийственна. Сначала ментальная связь, теперь это!
— Хватит, — громко крикнула, для надежности хлопнув дверью. От такой наглости она тут же отскочила и шлепнула меня по ноге. Больно-то как!
— Я говорила, что здесь кто-то есть! Что это за чудище?! — взвизгнула девушка, указывая на дракона.
— Это дракон. Познакомьтесь, — показала на дракона, — Ратхаар Регор Варда Драган Младший. В быту Дракоша!
— Ты запомнила!!! — он радостно завизжал, да так, что пришлось зажать уши. — Мое имя. Ты его запомнила!
— А это, — указала на девушку, — наша соседка, Дияра Даниэлла Ранстрай. Прошу любить и жаловать. Даниэлла, — она косилась на дракона, — про него никто не знает и не должен узнать. Ясно?
Она кивнула и осторожно слезла с кресла.
— Но они, же вымерли, — все еще косясь на нового соседа, Даниэлла по стеночке двигалась к выходу, держа подушку подобно щиту.
Я пожала плечами:
— Может быть. Этот то здесь, значит не все того.
— Чего того? — Даниэлла замерла на месте.
— У тебя странное имя, — дракоша зашипел и прищурился всеми четырьмя.
— Ты это слышишь?! — Даниэлла взвизгнула, выпучив глаза и оглядываясь по сторонам. — Он в моей голове!
— Слышу. Он так общается. Привыкай, хотя, — резко развернулась к дракону, — ты говорил, что только со мной можешь общаться ментально?
— Сам удивляюсь! — невинно похлопал глазками мелкий пакостник.
— А почему ты в ее комнате спал? — Даниэлла, не желая встревать в семейные разборки, отошла к столу.
— Тут кресло мягче, но ты не думай …
Я махнула рукой и вышла в гостиную, а Даниэлла принялась высказывать дракону:
— Дияра означает высокородная. Мой отец императорский лард, — даже представила, как девушка вздернула свой красивый носик.
Надо же, одна аристократия собралась. Только я рабоче-крестьянского сословия. Кто такой лард, уточню позже. Сейчас нужно принять душ и спокойно обдумать ситуацию. Однако кроме душа, ничего не удалось сделать. Мои соседи громко налаживали контакт, споря о привилегиях. Дракон отказывался убираться из комнаты Даниэллы. Кресло, которое он облюбовал, служило ему уютным гнездышком, а девушка не желала мириться с присутствием в своей комнате дракона, пусть и маленького.
После горячего душа, завернутая в большое банное полотенце, я вышла из ванной комнаты и налила чиату. Но насладиться моментом мне не дали. В дверь забарабанили и, не дожидаясь ответа, спустя секунду, в комнату ворвался сам ректор:
— Солара!!! Ты где была?! — схватил меня и начал трясти. — Где ты была?
«Что за проходной двор?! Где моя защита?!» — чашка со звоном покатилась по полу, оставляя дорожку красных пятен. Полотенце сползло с груди, а ситуация приобрела явную двусмысленность. Я дернулась в попытке вырваться, но ректор вдруг удивлено выпучил глаза, покачнулся и медленно осел на пол, не выпуская моих рук. На нас испуганно смотрела Даниэлла, сжимая в руках злосчастный табурет. Ректор непонимающе моргнул, и завалился на бок, увлекая меня за собой. Полотенце не выдержало такого напора и торжественно покинуло мою грудь. Даниэлла, краснея как помидор, прикрыла рот руками. Табурет с грохотом упал на пол.
Ректор тряхнул головой, выпустил мою руку и потянулся к затылку. Не дожидаясь второго приглашения я, подтянула полотенце. Соседка медленно сползла по стенке, а на заднем плане дракоша раздулся как шар. Когда он попытался дыхнуть огнем, я в ужасе покачала головой: «Не сейчас. Исчезни. Заберут на опыты», — обе головы замерли и уставились на меня. Дракоша мгновенно испарился, только легкий дымок говорил о несостоявшейся казни.