Эйрон посмотрел на неё внимательно.
— Думаешь, стоит отвлекаться? — спросил он тихо. — У нас сейчас каждый день на вес золота. Производства, гномы, новые кварталы…
— Именно поэтому и стоит, — она шагнула ближе, голос стал чуть хрипловатым. — Ты же не железный, Эйрон. Даже управляющий имеет право на один вечер без отчётов.
Он помолчал. В кабинете стало тихо, только трещал фитиль светильника.
— Ладно, — кивнул он, возвращаясь к столу. — Договорились. А пока принеси мне прошлогодний отчёт по гномьим производствам в черте города. Кажется, у нас есть чем их заинтересовать. Взаимовыгодным.
Лакриция просияла так, будто ей только что подарили звезду с неба, и буквально выпорхнула за дверь, каблучки застучали по коридору, как радостный дождь.
Эйрон проводил её взглядом, потом опустил глаза на свежую почту. Пробежал по конвертам: казначейство, гильдия торговцев, два спорных дела, запрос на аудиенцию… И один, с изящной личной печатью в виде серебряного листа платана.
Он сразу узнал почерк на обороте.
Улыбка сама собой расползлась по лицу, редкая, настоящая.
— Посмотрим, как дела у тебя, Лариэла, — тихо сказал он и сломал печать.
«Уважаемый управляющий северными наделами нашего великого королевства, пишу вам я, несчастная и одинокая мать, управляющая южными наделами…»
Эйрон фыркнул в кулак.
«…Нас разделяют огромные расстояния, но мне безумно хочется встретиться и обсудить сотрудничество между нашими землями. В ближайшие месяцы я буду в столице, а после завершения каникул в академии, планирую посетить ваши славные края. Надеюсь на ваше гостеприимство и тёплый приём. С огромным уважением, просто Лариэла».
Он откинулся в кресле, глядя в потолок. Сердце стукнуло чуть громче обычного.
— И я очень хочу встретиться, — прошептал он в пустоту кабинета. — Раньше, чем ты думаешь.
Вечер подкрался незаметно. Эйрон запер кабинет, накинул лёгкий плащ и вышел на крыльцо управы. Холодный воздух приятно ударил в лицо после душного дня.
— Эйрон!
Он обернулся. Лакриция почти бежала к нему, прижимая к груди сумочку.
— Ты забыл? — укоризненно сказала она, но глаза смеялись.
— Виноват, — он хлопнул себя по лбу и улыбнулся, на этот раз без натяжки. — Вылетело напрочь. Идём?
«Медный котёл» оправдывал название: низкие своды, медные котлы вместо люстр, запах жареного мяса и пряных гномьих трав. Не столица, конечно, но уютно и креативно. Им достался столик у окна, за тяжёлой дубовой перегородкой.
Мясо лесного шлепня подали не куском, а перетёртым с фруктовым соусом, почти паштет, но удивительно нежный. Овощи запекали в углях прямо в кожуре, а настойка «Каменный мёд» обжигала горло и оставляла послевкусие мяты и смолы.
— Очень неплохо, — честно признал Эйрон, отставляя пустую кружку. Он правда остался доволен. В некоторых заведениях столицы, блюда были даже более блеклые. Все же, на окраинах тоже умели удивлять.
— Мне тут безумно нравится, — Лакриция наклонилась за очередной порцией овощей, и декольте её платья сделало всё возможное, чтобы привлечь внимание. Эйрон заметил, конечно. Уголки губ дрогнули, но взгляд остался спокойным и чуть насмешливым.
Она решилась:
— Эйрон… я хочу поговорить с тобой не как с начальником. Как женщина с мужчиной.
— Говори, — он откинулся на спинку стула, сложив руки на груди.
— У меня личная трагедия, — она театрально вздохнула. — Скоро восемьсот лет, а я до сих пор не замужем. Ты видишь меня каждый день. Скажи честно: я правда так плоха?
Он посмотрел прямо, без улыбки.
— Лакриция, ты красива. И умна. И чертовски упряма, это я ценю больше всего. Просто здесь, на севере, почти нет эльфов. Гномы и полукровки не всегда понимают, какая ты на самом деле. В столице тебя бы на руках носили. И быстро надоели бы.
Она прикусила губу.
— А ты? Ты бы… носил?
Эйрон помолчал, подбирая слова.
— Я не ищу жену сейчас. И, возможно, ещё долго не буду. Та, кто занимает мои мысли… она слишком высоко. И слишком далеко. Пока.
Лакриция поджала губы, но не успела ответить: в магическом фоне что-то резко кольнуло. Не магия, не совсем. Как будто воздух стал плотнее и злее.
Он повернул голову.
Трое. В тёмных масках, с капюшонами. Один уже у стойки, двое идут между столами. В руке у ближайшего к нему, короткий жезл, из которого вырывается багровое пламя. Но еще не стреляет, только формируется.
— Всем на пол! — рявкнул тот, кто у стойки. — Это ограбление!