Он прошел мимо, не проявляя интереса к парочке слева от себя. Грейс едва справилась с желанием оглянуться.
— Все нормально, — спокойно проговорил Лютер. — Он ушел.
— Охотник, — прошептала Грейс.
— Да.
Она взглянула на Лютера, опасаясь того, что может увидеть. Но его аура снова стала нормальной. Возможно, минуту назад она ошибалась. Может, близость агрессивной ауры охотника повлияла на ее чувства.
— Как вы поняли, что он охотник? — спросила она.
— Я не умею читать ауры так же, как вы, но подобную энергию не трудно распознать, особенно когда парень напряжен. Разве вы не заметили, как все остальные на дорожке инстинктивно уступали ему дорогу? Даже обыкновенные люди могут уловить присутствие высококлассного хищника в непосредственной близости. Вы не замечали?
— Должна признаться, не обращала внимания. Он был очень силен и, как вы сказали, напряжен.
— Преследовал кого-то?
Грейс задумалась:
— Нет. В его ауре я этого не увидела. Он не был сосредоточен. Не думаю, что он преследовал кого-то конкретно. Может, просто вышел на вечернюю прогулку и захотел раскрыть свои парачувства. Вы же знаете, как это бывает. Иногда ты используешь свои парачувства просто потому, что можешь.
— Может, он осматривал местность, — предположил Лютер. — Что-то разведывал.
— Это, конечно, возможно. Но для чего?
— Хороший вопрос. Что еще мне нужно знать?
— Есть кое-что, — ответила Грейс. — Кем бы он ни был, он в ладах с насилием.
— Убийца?
Она поколебалась:
— Думаю, он убивал, да, но он не псих и не маньяк. Убивал не в состоянии аффекта и не под влиянием эмоций. И он не социопат. Их легко различить. Я увидела хладнокровие, чуть ли не деловой подход к насилию.
— Не думаете, что он, возможно, военный или коп?
— Может быть. Или профессиональный гангстер. Кем бы он ни был, он умеет не сваливать все в одну кучу.
— Что, черт возьми, это значит?
Грейс поморщилась:
— Это значит, что, чем бы он ни занимался, он способен иметь любящую жену и семью.
— Что касается нашего недавнего разговора, — как бы между прочим, начал Лютер. — Того, в котором мы обсуждали, какое отношение к этому делу имеет теория вероятности Фэллона Джонса.
Грейс с трудом сглотнула:
— Если грубо перефразировать, теория звучит так: «Какова вероятность, что на курорте можно будет встретить больше одного таланта высокого уровня?»
— Ага, она самая, — отозвался Лютер. — Думаю, в ней есть изъян.
— Согласна. Но, думаю, теоретически вполне вероятно, что парень, с которым мы только что разминулись, — невинный турист, случайно выбравший один из соседних курортов. На этом пляже много отелей.
— И все же…
— Правильно. И все же… Такие сильные охотники встречаются не часто.
— Да уж, не часто. Как и сильные таланты по чтению аур вроде нас. — Лютер внезапно остановился. — Поэтому вопрос такой: какова вероятность, что три очень сильных парапсихолога встретятся на одном и том же пляже в одно и то же время?
— Вам интересно, связано ли это небольшое совпадение с нашей миссией, да?
— Похоже, надо звонить Фэллону. Кстати о том, как по-быстрому испортить вечер.
Грейс точно знала, когда Лютер потянулся за своим сотовым, потому что для этого ему пришлось выпустить из жесткой хватки ее руку.
ГЛАВА 9
В лунном свете Лютер не мог ясно видеть выражение ее лица, но этого и не требовалось, чтобы понять, что Грейс была ошеломлена. Он тоже, но не потому, что только что прикоснулся к ней.
Они оба смотрели на то место, где минуту назад находились его пальцы, крепко сжимавшие ее руку.
— Черт, — сказал Лютер. — Простите. Я не подумал. Просто хотел отвести вас подальше от охотника. С вами все в порядке?
— Все нормально, — сказала Грейс. Все еще недоумевая, она коснулась его руки кончиками пальцев. — Никакой боли. Ничего. Со мной все в порядке. Это длилось так долго, больше года. Вы себе не представляете, какое облегчение — знать, что я снова более-менее такая же, как все.
— Вы уверены, что с вами все в порядке?
— Да, — восторженно, испытывая едва ли не эйфорию, произнесла Грейс. — Да, все отлично. — Она замолчала и посмотрела на свои руки. — По крайней мере, после вашего прикосновения.