— У нас нет на это времени! — В голосе Фэллона чувствовалось нетерпение.
— Понимаю, сэр. Но хочу сделать все правильно. Я сейчас не в лучшей форме.
— Ладно. Немного поспите и перезвоните мне.
— Да, сэр.
— Скажите Мэлоуну, что последний из наших агентов только что прибыл на остров. Они будут вести наблюдение за пятью сотрудниками «Ночной тени». Вы двое можете паковать вещи.
Грейс испытала прилив разочарования. Ее большое приключение в качестве агента «Джонс и Джонс» подошло к концу.
— Что теперь будете делать, сэр? — спросила она.
— Помимо слежки за людьми «Ночной тени», я собираюсь связаться с Гарри Свитуотером.
— Зачем?
— Сирена, с которой вы столкнулись, явно профессионал.
— Профессиональная оперная певица? Да, я согласна.
— Нет, профессиональная убийца, — нетерпеливо возразил Фэллон. — Кто-то нанял ее, чтобы убрать агента «Ночной тени». Это значит, что она лишь исполнитель, которого можно нанять. Свитуотер знает своих конкурентов. Если повезет, он даст мне всю цепочку. Вокруг не может крутиться много наемных убийц с талантом сирены. Черт возьми, я должен был слышать о ней хоть что-то!
— Не уверена, сэр. Мне кажется, профессиональные убийцы должны быть… ну, в общем, хладнокровными, по крайней мере, когда выполняют работу. — Грейс не могла ему сказать, что на прошлой работе сталкивалась с некоторыми убийцами из-за участия Мартина в торговле оружием. — Сирена была настоящей оперной дивой. Как я уже говорила, она просто обезумела, когда ее выступление прервали. Не думаю, что взрывной темперамент и отсутствие эмоционального контроля могут быть присущи наемному убийце.
— Полагаю, эти качества присущи всем профессиям, — проговорил Фэллон. — Передайте, пожалуйста, трубку Мэлоуну.
Грейс послушно протянула телефон Лютеру, который выхватил его из ее пальцев, как человек, готовый ринуться в бой.
— Что? — резко спросил он, а затем слушал в течение минуты. — Нет, она не вернется в Эклипс-Бей, по крайней мере, пока. Она поедет со мной.
Грейс почувствовала прилив сил.
— Почему? — произнес Лютер. — Потому что эта проклятая сирена психопатка. Она сегодня пришла в ярость из-за Грейс. Кто даст гарантию, что это не превратится в какую-то навязчивую идею? Нет, я не имею в виду, что она последует за Грейс, но и не собираюсь рисковать. Грейс останется со мной, пока ты не найдешь певицу и не устранишь ее.
Настроение Грейс тут же пошло на спад. Лютер собирается взять ее с собой только потому, что волнуется за ее безопасность. Тем не менее, она не собиралась жаловаться, потому что была согласна на все, лишь бы остаться с ним подольше. — Позвони мне, как только что-нибудь узнаешь, — сказал Лютер, отключил телефон и посмотрел на Грейс. — Я знаю, что тебе нужно поспать, — сказал он ей. — Но тебе надо продержаться еще немного. Я хочу увезти тебя с этого острова.
— Ладно, пойду собирать сумку. — Она с трудом поднялась с дивана. — Выпью, наверное, немного кофе.
— Я распоряжусь, чтобы его приготовили. Ты сможешь выпить кофе в машине по пути в аэропорт.
— Хорошо.
— А пока пьешь кофе, расскажешь мне, что случилось год назад, — добавил он опасно мягким голосом.
Грейс замерла в дверях спальни.
— Прости, что?
— Ты целый год была чувствительна к прикосновениям. Готов поспорить, что инцидент, вызвавший это состояние, был намного существеннее, чем то, что произошло сегодня. Ты думала, что потребуется несколько недель, чтобы оправиться от сегодняшнего опыта. Таким образом, я быстренько подсчитал и предположил: что бы ни случилось в прошлом году, это было намного хуже того, что случилось сегодня.
Она вздохнула.
— Ты ведешь себя, как коп.
— Да, иногда бывает. Слушай, я не возражаю, когда ты врешь Фэллону. Но мне нужна правда. Твоя жизнь может быть в опасности. Ты должна мне доверять.
ГЛАВА 24
К тому времени, когда они сели в машину и поехали в аэропорт, Грейс уже достаточно оправилась от первоначального шока и смирилась с тем, что разговор неизбежен. А может, она слишком устала, чтобы сопротивляться. Нет, решила она, на самом деле ей просто больше не хотелось врать Лютеру. Она не знала точно, что между ними происходит, и боялась использовать слово «любовь» для описания их отношений. Было еще очень рано, и она мало что знала об этом особенном чувстве, чтобы сходу его распознать. Но что бы это ни было, Грейс отчаянно хотелось доверять Лютеру.
Она сняла крышку с кофейной чашки.