— Игорь Васильевич, — кивнув, протянул руку.
Он дернул щекой, но подал свою в ответ.
— Эрик Демидович, — бросил сухо в ответ и замолчал, рассматривая меня как своего очередного пациента.
— Что вас привело? – не выдержал я, понимая, что говорить Старков, кажется, не собирается.
— А вы не догадываетесь?
Разговор начинал напрягать. О чем я должен догадываться? С его пациентами я налажать точно нигде не мог. Научные статьи тоже не воровал.
— Игорь Васильевич, извините, я вас не понимаю.
Так и не надев халат, я опустился на стул у стены, напротив стола, за которым и сидел Старков.
Глаза в глаза – и молчание.
— Когда вы, Эрик Демидович, успели спутаться с моей дочерью?
У меня даже брови вверх поползли. Сразу я собирался предположить, что он меня с кем-то перепутал, но это маловероятно.
— Я даже не знал, что у вас есть дочь.
Честно, другого ответа у меня не нашлось. Не доказывать же Старкову, что я в принципе ни с кем не путаюсь, да и его дочь в таком случае лет на пятнадцать минимум младше меня. А молодые нынче такие, что я бы с ними точно не путался.
— Вы серьезно меня не понимаете?
— Игорь Васильевич, я даже ваши вопросы не понимаю. Как зовут вашу дочь?
Старков медлил, все еще сверля меня взглядом, но ответил:
— Юля.
Цензурных слов не осталось. Вот зря я сказал, что работаю в городской больнице. Но кто, черт возьми, знал, что ее отец светило наркологии нашего города, да и, наверное, в стране не последний нарколог.
— Послушайте, Игорь Васильевич, — я собирался сказать все как есть, мне скрывать нечего. – Я просто помог вашей дочери в трудную минуту. Или мне надо было бросить ее пьяной ночью у ворот кладбища?
Старков поморщился. Видимо, не такого ответа он ожидал. Снова вперился в меня взглядом, будто ожидая чего-то. Я даже усмехнулся. Нет, я не спрошу, почему у такого известного и опытного нарколога дочь – алкоголичка.
— Спасибо, что не бросили.
— Она меня уже благодарила.
Тяжело выдохнув, Старков потер лицо руками и, когда убрал их, словно постарел на несколько лет.
— Юля пришла сегодня в больницу. Я не представляю, что ею двигало, учитывая, что это место у нее связано с не самыми приятными воспоминаниями, — нашел нужные слова. – Прямо в приемном у нее началась паническая атака. Мы не виделись очень давно, но первым делом она спросила, знаю ли я в нашей больнице врачей с редкими именами. Знал я только вас, Эрик Демидович. А с учетом того, кого она выбрала себе в мужья…
— Я знал его, он был хорошим врачом.
— Сапожник без сапог, — покачал головой Старков.
— Неверно, — не согласился я. – Онколог с онкологией – это, увы, жизнь, а не его выбор.
О бывшем зяте Старков вспоминал с неохотой. Не знаю почему, но и снова повторю самому себе, что это не мое дело. Это чужие жизни, чужая семья.
— Я и о вашей ситуации знаю, Эрик Демидович. На уровне слухов, но все же.
— Не думал, что такой умный человек, как вы, слушает сплетни.
Складывалось впечатление, что Старкова волновала не дочь, а репутация. Я давно плюнул на все разговоры и работал как ни в чем не бывало. Людям надоедает перетирать одно и то же, появляются новые темы – так и произошло. Обо мне все забыли, а новых поводов и даже опровержений я не давал.
Я поднялся и снова подошел к шкафу. Надеюсь, Старков поймет, что разговор я продолжать не намерен.
Вот и хотел же забыть обо всем. Ну помог девочке, и что с того? У нее вон отец хороший врач, наверняка есть и другие члены семьи, которые поддержат и помогут.
— Спасибо, что все объяснили, Эрик Демидович. Надеюсь, в этот раз мне удастся вырвать дочь из лап зеленого змия.
— Удачи вам, Игорь Васильевич.
Он уже сам протянул мне на прощание руку, которую я пожал, и вышел из ординаторской. Несколько минут я так стоял в расстегнутом халате, а потом довольно громко чертыхнулся.
Судя по последней фразе Старкова, Юля в больнице. Скорее всего, отец решил ее откапать.
И какого черта меня по больничным коридорам несет в наркологию?
Глава 8. Эрик
Обычный визит вежливости – ничего необычного. Но в отделении Старкова ему, конечно, донесут, что я приходил. Медсестра удивилась моему визиту, но вида не подала. Я остановился на посту и сказал:
— Добрый вечер.
Она посмотрела на мою грудь и кивнула: