У Марка даже челюсть отвисла от шока. Он схватил меня за руку и поволок в комнату.
— Я тебе сейчас покажу, что такое грех. Ты откуда явилась такая блаженная, Лиза? Два года тебя искал. Ты что в какой-то секте пряталась?
Марк затащил меня в свою спальню, закрыл дверь и кивнул в сторону кровати.
— По закону ты моя жена, и обязана выполнять супружеский долг. Вперёд, снимай с себя это тряпьё.
Я расширила глаза от ужаса, теперь стало страшно.
— Женщина — не второсортный человек, а равная перед Богом. Насилие над ней — осквернение Божьего образа, — начала мямлить я, пятясь к выходу.
Нащупала ручку двери, но та не открывалась. Взгляд лихорадочно пробежался по комнате и остановился на одинокой фотографии на стене. Марк в чёрном костюме обнимает мою сестру. Лиза в белом свадебном платье и счастливо улыбается.
Мужчина подошёл ко мне вплотную и сказал спокойно:
— Здесь закрыто на ключ, Лиза. Какой бы я скотиной ни был, по твоему мнению, но до изнасилования, точно не опустился бы. Ты сбежала от меня, будучи беременной на последних месяцах, и я жду ответы на свои вопросы.
— Хорошо, раз уж оба не спим, давайте поговорим. Только не в вашей спальне. Я заберу документы из своей комнаты, и мы сядем где-то на нейтральной территории.
— У меня есть комната для приёма гостей на первом этаже. Идём туда, пока Максим спит, —огласился со мной он.
Я отошла от двери, Марк открыл замок и выпустил меня. Лиза сбежала от него беременная, но почему? На свадебном фото она кажется такой счастливой.
Шестнадцать лет назад.
Мама вернулась из поездки, а через месяц объявила нам с отчимом, что беременна. Толик воспринял всё холодно, но заявил, что если родится сын, то он будет рад. Мне было всё равно, кто братик или сестрёнка, я буду счастлива.
Неделю всё было спокойно, но сегодня к отчиму пришёл приятель, и они напились. Мы с мамой ходили в магазин, чтобы купить мне зимнюю куртку, потому что старая стала мала.
Гостя мы увидели выходящим из подъезда.
— Опять налакался, свинота, — недовольно пробурчала мама.
— Зачем ты тогда с ним живёшь? — удивилась я.
— Женщине нужен мужчина, ты ещё маленькая и не поймёшь. Вот вырастешь, сама всё узнаешь, — ответила мама недовольным тоном.
Я не понимала, на меня чего злиться? Такое впечатление, будто я виновата во всех её бедах.
Мы зашли в дом, сняли верхнюю одежду, потом пошли на кухню. Мама ещё продукты купила, нужно положить их в холодильник.
Неожиданно на неё налетел отчим, начал совать в лицо экран телефона. Я ужаснулась, увидев фото, мама стоит на балконе отеля в обнимку со смуглым мужчиной.
— Друг ездил тоже отдыхать, но жил в соседнем корпусе! Ты его не увидела, поэтому еблась там вовсю с турками! Сука подзаборная, тварь похотливая! Ещё и ребёнок не от меня, наверное! — начал орать отчим, потом ударил маму, и та упала.
— Не трогай её! — я ринулась на помощь.
Толик отпихнул меня так, что я больно ударилась спиной о холодильник.
— Говори, чей ребёнок, шалава! С кем еблась на курорте, отвечай! — отчим стал со всей силы пинать маму по животу, она защищалась, как могла.
Я выбежала на лестничную площадку, стала тарабанить во все двери и звать на помощь. На крики выбежал сосед, дядя Саша, он помог оттащить пьяного отчима от мамы, но под ней уже разливалась лужа крови.
— Убирайся из моей квартиры, и блаженную свою забери! — орал отчим, валяясь в коридоре.
Оказалось, жена дяди Саши вызвала полицию и скорую помощь. Она подбежала ко мне, вытирала слёзы, успокаивала.
— Оль, пока ты будешь в больнице, Ярослава у нас поживёт. Не переживай, мы о ней позаботимся, — сказала тётя Люда.
Вскоре дом наводнили полицейские и медики. Маму увезли в больницу, а отчима в отделение полиции. Ещё через день я узнала, что мама потеряла ребёнка и больше не сможет родить. Нам придётся снова ехать в свою квартиру, на отчима мать написала заявление в полицию.