- Вот это жеребцы. Гляди. - Мы все трое повернулись в сторону столика за которым сидело шесть человек. Двое девушек и четверо парней.
- Согласна, они ничего - подмигнула ей та. - Ну девочки, пьем и бежим на танцпол. Авось и эти подтянутся к нам. - в этот момент бармен как раз наливал для нас текилу. Насыпав себе соль на внешнюю сторону ладони мы громко чокнулись, затем облизнув соль с ладони резко опрокинули в себя горячительный напиток и закусили лаймом. Жидкость сразу стала растекаться внутри обжигая внутренности. Решив не ждать долго мы то же самое повторили со второй порцией, а затем двинулись в сторону танцпола, чтобы через пару минут полностью погрузиться в атмосферу, которая там царила. Текила дала о себе знать уже на втором танце. Хотелось двигаться в такт музыке и ни о чем не думать. Молли была права, парни с того столика, действительно потянулись в нашу сторону. Спустя еще некоторое время и еще пару шотов текилы. Которые для нас заказали те парни, мы уже двигались в танце парно. Затем были другие парни. С которыми мы также зажигали. Напитки подействовали на нас, как спусковой механизм. Хотелось двигаться всем телом, теснее прижиматься к партнеру. В какой-то момент стало совсем не важно, что будет завтра. Не важно, что на завтра назначено собеседование. Не важно, что парень явно распускает руки, спускаясь все ниже от талии к бедрам. Повернув меня спиной к себе его руки стали задирать мое платье и прижимать меня к себе плотнее. Мне же было просто легко. И не хотелось оттолкнуть от себя этого парня или мужчину, как я бы сделала, не будь я такой пьяной. Не хотелось заехать ему между ног за то, что его эрекция сейчас так явно упирается в мой зад, давая понять, что парень возбужден. Почему-то это даже льстило. Может права, Молли, и мне стоит плюнуть на свои принципы, что секс должен быть только по любви. Сейчас мне казалось, что все те проблемы о которых я думала еще пару часов назад, такие не важные. Важно только то, что я здесь и сейчас и мне очень хорошо. На какое-то мгновение парень словно отошел от меня. Всего на миг. А затем произошло, то от чего стало сложнее дышать, по телу побежали мурашки. Прикосновения мужчины стали обжигать даже через ткань моего и без того короткого черного платья. А потом меня резко за талию опять плотно прижали к себе сзади и еле коснувшись уха своими губами сказали:
- А ты, оказывается, плохая девочка, Амелия. - из меня, как будто выкачали весь воздух. Вмиг пространство, словно, сузилось до нас двоих. До меня и его. Этот голос... Его голос. Может я перебрала со спиртным и это говорит во мне текила? Не может же быть, чтобы он оказался здесь, позади меня и опять был так близко. Я хотела развернуться, чтобы удостовериться, не плод ли это моего воображения, но мне не дали. Наверное я совсем слетела с катушек, если мне, даже сквозь пьяный дурман, мерещится Лео. Я так часто думаю о нем, о нашем поцелуе. Как же мне хотелось его повторить.
- Не стоит, Амелия. Я итак ели себя сдерживаю, чтобы не убить того ублюдка, который позволил себе тебя касаться. Я слишком зол, чтобы не разорвать его на куски. Я зол на тебя за то, что ты захотела, позволила себе захотеть кого-то другого. Ты моя... - порычал он как-то не по человечески.
- Ой, что это только что было? - Мою шею, словно, царапнуло чем-то острым. Закружилась голова, и если бы не руки, которые крепко прижимали меня к себе, я бы наверное, упала на том же месте. В следующий момент к шее плотно прижались губы, пару раз из меня что-то сглотнули, а затем язык лизнул по тому месту, где была ранка. Хотелось дернуться от такой наглости, чисто рефлекторно, вздернула руку, чтобы нащупать укус, но меня и тут остановили.
- Не двигайся, девочка, я говорю правду. Только твоя близость меня удерживает от глупости, которую я хочу совершить с этим... Никто, слышишь? Никто не смеет тебя так касаться, кроме меня. Это все мое и ты вся моя. И если, еще раз, к тебе прикоснется хоть один мужчина, кроме меня, я за себя не отвечаю. - в любом другом состоянии я бы, наверное, подумала, что человек, стоящий сзади, явно, не в себе, но только не сейчас. Его «МОЯ» плавило меня изнутри. Хотелось еще теснее прижаться к нему. Мне казалось, что я только думаю об этом, на деле же я бессовестно вжималась в возбужденное естество мужчины своим задом и попросила шепотом