— Сантур Багдасарыч, вы понимаете, что такое практически невозможно, бронь, столики расписаны, чуть ли не за месяц, а это репутация в первую очередь.
— Ты умненькая девочка, что-нибудь придумаешь. — Ага, а вы не очень деликатный мужчина. Боже, Светка, кого ты хочешь победить, с кем пытаешь вступить в игру, тебя сейчас пережуют и выплюнут.
— Нет, Сантур Багдасарыч, такое количество гостей, нет… — иду ва-банк, но карты вскрывать рано. — А как же ваш собственный ресторан. Почему ж не там.
— В своём не могу, там банкет, бронь на год вперёд, — ухмыляется мужчина. — А тут неожиданный слёт старых друзей, нужно как следует встретить гостей, хлеб, соль. — Слет, ха, ха, скорее сходка. Мы молча смотрим, друг на друга, старый лис улыбается, я не отстаю. И в этой напряжённой обстановке, чувствую странный зуд между лопаток, чей-то тяжёлый взгляд, прожигающий. Хочу обернуться и посмотреть, но не могу, у меня важные переговоры, отвернуться перед хищником, значит признать его превосходство.
— Верхний зал, вход через боковую лестницу, охрана внизу, охрана снаружи, один день, всё что могу предложить. — вскрываемся, старых греховодник.
— Хм, — хищный оскал проходиться по лицу мужчины, внутри всё холодеет, но я держу лицо, сейчас нельзя показывать страх. — Точно не хочешь стать моей невесткой, хотя… боюсь Татул не потянет. — выдыхаю, получилось, неужели получилось, господи, спасибо, спасибо. — Но два дня, девочка, придётся потеснить твоих гостей, два дня.
— Только вечера.
— Договорились. — Протягивает руку, и пожимает мою, теперь не он, не я не сможет отказаться от слов.
Наконец приступаем к еде, которая немного поостыла. Внутри всё ещё чувствуется триммер, с жадностью заглатываю еду, скорее от пережитого страха, чем от голода. Улучаю момент и поворачиваю голову, хочу посмотреть, кто так тревожил мою напряжённую спину. Никого. Пустой столик, с которого убирают грязные тарелки.
Поворот, ещё один, дверь, дверь, дверь, вот она заветная. Врываюсь к Кристине, как она ко мне меньше часа назад.
— Бронь столиков на выходные в верхнем зале, — щёлкаю пальцами. — Закрой бронь, и освобождай зал, на два дня. — Ну что ты смотришь на меня такими глазами, я ели как пол ресторана отстояла.
— Да ты чё, окстись.
— Криссс, — хныкаю. — Закрывай бронь, на весь ресторан, переноси всех сверху вниз, если ещё есть места.
— Беседки.
— Их ещё не восстановили, после свадьбы.
— Успеем, больше половины уже готовы.
— На боковые даже не рассчитывай, там придётся все перекрыть. Гостей провожаем через левое крыло.
— Там же лестница и черный ход кухни.
— А ты мне предлагаешь ИХ, через чёрный ход кухни. — девушка тяжело вздыхает раздувая щёки.
— Мама Лама, — раздается восторженный крик, и мне в руки летит моя любимая любовь.
— Дашка, тяжеленая. — спускаю девочку. Поворачиваю голову в сторону нашей няни.
— Лама, мне сегодня три звездочки дали. — Дарье почти семь, в сентябре в первый класс, сейчас она усердно готовиться, посещая малышковую школу.
— Ого какая молодец, дома покажешь мне свои достижения. — она часто, часто кивает. — кушать хочешь. — снова кивки. — Беги на кухню, попроси, чтобы тебя Слава покормил. И не приставай к Кости, ему работать надо. И пожалуйста постарайся не злить Михаила. — складываю руки в умоляющим жесте. Прошу, прошу. Дашку передёргивает при упоминании, моего бывшего, и не охотно, но кивает.
Смотрю вслед своей стрекозы. Да, не думала, что всего за год стану такой отчаянной мамашкой. Не представляла, что так привижусь и полюблю эту озорную девчонку. Вероника, была, как оказалась не важной матерью, часто оставляя Дашку, у престарелой соседке. Бывало на всю ночь, бывало на несколько дней. Может её и можно было бы понять, Нике хотелось построить свою личную жизнь… вот только я от своей с легкостью отказалась, когда в моей жизни появилась Дарья.
Михаил, тот самый супер шеф из Петербурга, с которым мы бок о бок, готовились к спешному открытию, и поднимали ресторан. Он долго за мной ухаживал, проявлял знаки внимания, а я не могла забыть Стёпу. Но в апрели, прошлого года сдалась, реши попробовать, и даже ездила с ним на свадьбу к Ириске, с ним мы забирали Дашу. Отношения вроде неплохо строились, только Дашке почему-то он категорически не нравился. Весь свой гнев, от смерти матери, от переезда, от непростой для маленького ребёнка ситуации, она срывала на Мише, и мужчина сдался. Спасовал перед трудностями, сам лично предложил расстаться. Я почувствовала лишь облегчение, что совсем меня не удивило. И вот я снова одна, нет, не верно, не одна, просто без мужчины.