А потом я просыпаюсь. И первое, что вижу — лицо спящего Ангелочка. Это она подарила прохладу и прогнала кошмары. А сейчас спит в неудобной позе, извернувшись на диване. Пользуюсь случаем и рассматриваю ее. Идеальная кожа, чуть вздернутый носик, пухлые губы с чувственным изгибом. И эти необычные, белые волосы, в которые хочется зарыться лицом. Такого позволить себе не могу, но и удержаться не получается. Осторожно подхватываю локон. Пробую на ощупь — гладкий как шелк.
Ангелок шумно вдыхает, шевелится. Сейчас проснется. С сожалением разжимаю пальцы. Вряд ли ей понравится моя самодеятельность. Наблюдаю, как распахиваются зеленые глаза, еще подернутые пеленой сна. Залипаю на этом зрелище, хочу видеть его каждый день. Понимаю, куда меня занесло, и торможу. Злюсь на себя, а срываюсь на девушке. От этого еще хуже. А она терпит и даже помогает дойти до ванной. Никогда себя таким слабаком не чувствовал. Но в этом есть и плюс. Охрененно ощущать ее пальчики на своем теле.
Потом эта дурацкая каша на завтрак. Опять отсылка к детству. С тех пор ее и не ел. Думал, что не люблю. Оказалось, смотря как приготовить. Ксении удалось меня удивить. После завтрака она превращается в ангела милосердия и обрабатывает мою рану. Все время, пока тонкие пальцы порхают по моей коже, не спускаю с нее глаз. Ангелок чувствует это и недовольно поджимает губы, нежные щеки розовеют. Смущаю ее? А мне в кайф. Даже о боли забываю. Опять приходится оголять задницу, получая очередной укол. А дальше она сбегает, оставляя меня одного. Но долго не выдерживаю. Зову ее обратно. Не хочу оставаться в одиночестве. Мне нужна ее компания. Это сейчас единственное доступное мне удовольствие.
Ксения появляется на пороге, вопросительно глядя на меня.
— Проходи, поговорим, — приглашаю ее. Послушно заходит в комнату, опускается в кресло. Слишком далеко. — Нет, сюда, — показываю на край дивана. Ангелок хмурится, но выполняет просьбу. С удовольствием рассматриваю ее. Домашний костюм идеально облегает шикарную фигуру. Каждый раз, когда Ксения наклоняется надо мной, мне сносит голову. Думаю не о том, о чем нужно. А мне нужно передать брату недостающую часть ключа. Вот к этой теме и перехожу: — Ты часто бываешь в кафе, где мы встретились? — спрашиваю важное.
— Почти каждый день. А что? — отвечает она настороженно.
— Женщину, что стояла за прилавком, хорошо знаешь?
— Злату? Ну, немного. Мы не подруги, но иногда общаемся.
— Какой у нее график? Как часто ее смены?
— Каждый день. Она хозяйка кофейни и официантка в одном лице. К чему ты ведешь? — спрашивает нетерпеливо.
— У меня к тебе просьба. Сейчас я продиктую цифры. Записывать их нельзя, нужно запомнить. И рассказать Злате. Так, чтобы слышала только она. Это очень важно. Проследи, чтобы рядом не было других людей.
— Что это за цифры? Причем тут Злата? Что она с ними будет делать? — засыпает меня вопросами Ангелок. Ну да, я забыл, что женщины излишне любопытны. Впрочем, надо хоть что-то объяснить.
— Чем меньше знаешь, Ксю, тем крепче сон, — подразниваю ее. С удовольствием наблюдаю, как сверкают гневом зеленые глаза. — А если серьезно, Злата просто посредник. Она передаст информацию дальше. Тот, кто ее получит, поймет, что с ней делать.
— Послушай, я тебя совсем не знаю. Вдруг, ты втянешь меня в криминал, — резон в ее словах есть. Но мне необходима помощь. Придется договариваться.
— Зато ты знаешь хозяйку кафе. Просто передашь ей несколько цифр. Разве похоже, что она связана с криминалом?
— Не похоже, — морщится Ангелок. — Но все равно странно.
— Хорошо, скажу тебе еще кое-что. Информация предназначена для моего брата. Он поможет мне выбраться из заварушки. Чтобы не думала плохое, у брата свое охранное агентство.
— А сам ты не можешь ему передать?
— Нет. Во-первых, я избавился от телефона, — она открывает рот, явно собираясь предложить свой. Качаю головой: — Твой не пойдет, не хочу его светить. Рядом с братом шпионы тех уродов, что охотятся за мной. Самое простое и безопасное для тебя — просто шепнуть пару слов подруге.
— Ладно, говори свои цифры, — сдается Ангелок.
— Два, девять, шесть, три, — диктую ей. Заставляю повторить несколько раз. А когда она собирается уйти, не отпускаю, перехватывая хрупкое запястье. — Подожди. Давай еще немного пообщаемся. Скучно так лежать, — поглаживаю пульсирующую на сгибе венку. Но недолго. Ксения отбирает руку и заявляет: