— Надеюсь, мы с ним сработаемся.
— Конечно. Тебе-то уж точно не стоит волноваться. Парень хороший. Общий язык найдете, — усмехается Владлена. — Кстати, как там отец ребенка? Тебе рожать уже скоро, а ты так и молчишь, кто тот счастливчик?
А сама смотрит хитрющим взглядом. Будто знает что-то такое, чего не знаю я.
А я вот до сих пор не уверена, что она не в курсе моих отношений с Никитой. Конечно, я скрывала связь со стажером. Но вдруг он сам все рассказал, когда увольнялся?
С нашей последней встречи прошло несколько месяцев. А боль не угасла. Да, притупилась, уже не так щемит сердце, и уже не так часто я плачу…
Но все равно, не могу его выбросить из головы.
Тут еще как назло бывший жених нарисовался. Начал просить прощения, засыпать подарками, предлагать снова сойтись.
Но я даже представить не могу рядом с собой кого-то другого, кроме Никиты. А он…
Он испарился.
Номер недоступен, друзей его я не знаю, адрес не знаю. В институт было стыдно идти, к тому же там не дают первым встречным личную информацию выпускников. И сколько ни заглядывала в те места, где мы с ним гуляли, ни разу его не встретила.
Так и бросила эту затею.
Но легче не стало.
Я совершила большую ошибку, когда его выгнала. А он отомстил.
— Вы его не знаете, Владлена Васильевна, — демонстрирую безмятежность. — Надеюсь, у вас все сложится на новом месте. И у нас не будет проблем с новым начальством.
— Тебе-то точно на этот счет не стоит беспокоиться, — хмыкает Владлена.
— В каком смысле? — слегка напрягаюсь.
— Сама все увидишь, — подмигивает она. — Сама все увидишь!
Сердце начинает биться быстрее. Уж слишком подозрительны все эти недоговорки.
И вновь меня бросает в жар.
Чувствую тот же взгляд.
Кто же так пристально смотрит на меня и зачем?
Рука сама опускается на живот, в инстинктивном желании защитить малыша. Но тот ведет себя тихо, уже не пинается. Видимо спит.
— О, а вот и он! Ваш новый начальник! — с небывалым энтузиазмом Владлена кивает мне за спину. — Смотри, тебе точно понравится.
Я оборачиваюсь.
Миг узнавания. Миг краткой боли.
Меня обдает жаром, но тут же бросает в холодный пот. Дрожь охватывает все тело, когда вижу знакомое лицо. Светлые волосы, синие глаза.
Только волосы теперь не топорщатся в разные стороны, они идеально уложены. И в глазах нет насмешки. Они смотрят цепко и холодно.
Словно в дурном сне перевожу взгляд ниже, на его губы.
Когда-то они целовали меня, улыбались для меня.
А теперь кривятся в саркастичной усмешке.
Наши взгляды встречаются.
Не могу двинуться с места.
— Никита? — выдыхаю, забыв, что на нас смотрят люди.
Кажется, будто весь мир исчез, а вселенная сузилась до одних синих глаз.
Хочу шагнуть к нему, потрогать, убедиться, что он здесь, реальный. Что я его не придумала.
— Никита Маршаллов, — довольный голос Владлены возвращает меня на землю. — Познакомьтесь, ваш новый директор.
В ступоре смотрю на Никиту.
Откуда он здесь? О чем говорит Владлена?
Маршаллов…
Заглядываю ему за спину. Но там только кучка наших барышень из отдела кадров.
Сотни мыслей проносятся в голове, перебивая друг друга. Я в полной прострации. Не могу осознать то, что случилось.
Но понимаю: это — мой бывший любовник.
И он сын владельца нашей компании.
И я от него беременна, но он об этом не знает.
Рваный выдох слетает с моих губ. Я совершенно не готова к встрече с бывшим. Да еще такой встрече!
— Представь, вот такая чудесная новость, — продолжает Владлена с пугающим энтузиазмом.
Мы с Никитой смотрим друг другу в глаза и оба не можем отвести взгляд.
— Я сама была в шоке, но Маршаллов-старший попросил все оставить в секрете. Мол, пусть сын начинает с низов, учится, как и все, — щебечет Владлена.
Ее слова проносятся мимо моих ушей. Я сглатываю комок. В голове зарождается шум.
— Вот как… — слова застревают в горле.
— Да, Диана Георгиевна.
Голос Никиты звучит уверенно. По-мужски.
У меня же мурашки пробегают по телу. Сердце совершает один кульбит за другим. Мир, кажется, исчезает, оставляя только меня и его.
Он мне врал. Врал, кто он на самом деле. Я ему верила и любила! А он просто играл со мной. И посмеялся, наверное, вволю.
Я даже пошевелиться не могу, потому что боль и обида рвут меня на куски. Смотрю в глаза, которые люблю…
Да, до сих пор это чувство сидит во мне. Не понимаю, почему не могу от него избавиться.
— Поздравляю, — выдавливаю с трудом. — Хорошая новость.