Одним глазом Геля старалась глядеть в смартфон, где вела беседу об установке точного времени для интервью у одного знаменитого блогера, а другим пожирала отражение.
Ей определенно нравилось то, что она видела. Нравилось настолько, что внизу живота распространялось тянущее тепло, а нижнее белье становилось влажным.
Ксандр следил за собой. Его тело было рельефным и сильным. Безусловно, он нравился многим женщинам, некоторые так и просто сходили с ума. Геля была из числа тех, кто сохранял светлость мыслей в его присутствии, так она полагала.
Ей не стоило снова смотреть на его спину, щеки тут же запылали, а сердце забилось где-то в горле. Ангелина закусила нижнюю губу, надеясь, что боль отрезвит ее, и с трудом отвела взгляд от отражения. И, кажется, она ошиблась. С каплей крови, что она почувствовала на своем языке, адреналин забурлил с новой силой.
Ксандр с интересом наблюдал за Ангелиной, которая собирала со столика свои вещи: ежедневник, косметичку, ручку, еще ручку, дополнительную батарею для телефона, зарядку. Почувствовав, что ее пожирают взглядом, обернулась и грозно посмотрела на него.
«Чего надо?» - говорил ее взгляд.
«Я обещаю тебе Рай» - говорил взгляд Ксандра. Или Геля думала, что он так говорил. Или хотела думать. И это она минуту назад вещала о здравомыслии!
Пахло потом и возбуждением. Воздух был вязким и соблазняющим. С каждым тяжелом вдохом Ксандра, Ангелина краем глаза в зеркале видела, как мышцы на его спине двигались в такт дыханию.
От шеи до копчика у Македонина разместились две фигуры: одна - величественная и мощная, возвышалась над другой, распластавшейся и побежденной. Архангел Михаил, пронзающий копьем демона. Так Ксандр надеялся усмирить своего внутреннего монстра, как и Ангелина, но он об этом не знал, только чувствовал, что они чем-то похожи.
- Ты же не девственница? – Неожиданно спросил он.
- А тебя это касается? – Возмутилась она, хотя вопрос не показался ей неудобным.
- Просто интересно, смог ли кто-то обуздать твой характер.
Ей хотелось быть откровенной не только в разговоре.
- Нет, не смог, - ей пришлось глотнуть воды, в горле пересохло. – И нет, я не девственница. В моем возрасте быть нецелованной даже не по-христиански.
- Богохульница, - ухмыльнулся Ксандр, на что Геля лишь пожала плечами, принимая сей факт о себе. – Я рад, что ты осталась собой, несмотря на того придурка, - мысленно девушка согласилась с Македониным, ее бывший и правда был тем еще фруктом. – И дело тут не в возрасте. Можно перетрахать хоть половину земного шара, но в душе все равно остаться девственником.
- Ты обидишься, если я скажу, что мне не близка твоя философия блядуна?
- Нет, не обижусь, - Ксандр поднялся и подошел к Геле со спины. – Даже на блядуна, - он уперся руками в стол, заключив девушку в тесные объятия, а голову положил ей на плечо.
- Что ты делаешь? – Она почти не слышала себя из-за пульса, бьющегося в ушах.
- Хочу лишиться девственности с тобой, - прошептал он ей на ушко и поцеловал в шею, чем тут же вызвал волну мурашек по ее телу, которые поймал уже языком.
Ангелина выронила пауэрбанк и хотела ухватиться за край стола, но ее пальцы сцепились с пальцами Ксандра.
Он был такой горячий и пах так приятно, что у Гели закружилась голова. Она прикрыла глаза и немного отклонилась, чтобы быть ближе к твердому телу за ее спиной.
Юбка карандаш слишком плотно облегала ее бедра. Ксандр медленно расстегнул молнию и одним движением задрал ее Геле на тонкую талию, тут же мягко наклоняя ее вперед. Его губы почти не отрывались от ее кожи, продолжали целовать, покусывать, посасывать. Пальцами одной руки он продолжал удерживать влажную ладонь Ангелины, а другой прорисовал едва ощутимую линию по внутренне стороне бедра, пока на нашел то, что искал.
Ксандр улыбнулся, когда почувствовал влагу между ее ног, просочившуюся через белье, и инстинктивно подался бедрами вперед, вбиваясь стояком в ее ягодицы.
У Гели сбилось дыхание в тот момент, когда его палец, отодвинув промокшую насквозь ткань, оказался внутри нее. Зеркало покрылось рябью от толчков Ксандра, а внизу живота нарастало напряжение, готовя ее тело в неминуемой разрядке.