Я потеряла дар речи от неожиданности. Наконец-то!
— Не буду тебе мешать, — он направился на выход, но резко остановился и повернулся ко мне. — У тебя все в порядке?
Его внимательные гипнотические глаза пронзительно смотрели на меня, будто выворачивая душу наизнанку.
— Да, — коротко проговорила я, пряча глаза в документы папки.
Нет, не все в порядке! Ты разочаровал меня! Это надо было сказать? Обойдется! Решила про Потапова спросить позже, когда немного успокоюсь, иначе наговорю лишнего, и вдруг это отрицательно повлияет на мою отправку домой.
Я устроилась в удобном кресле напротив окна. Открывающаяся панорама была великолепна. Небольшая полянка перед окном заканчивалась на другой стороне высокими елками и соснами. Вот ты сидишь в огромной комнате с камином, но сделай шаг: и ты там — в густой лесной чаще. Контраст нетронутой природы и шикарного человеческого жилища производил неизгладимое впечатление.
Все же попыталась сосредоточиться на работе. Информация, которую я старалась усвоить, проходила мимо меня. Мои мысли были далеко от того, что видели мои глаза, пробегая по документам папки. Я прокручивала в голове события последних дней, надеясь выискать в них хоть какую-то логику.
Что я знала о Марке? Ничего. Он — ментор, еще целуется хорошо, но это сейчас неважно. Необходимо думать о том, как стоит поступить.
Но как только я вспоминала о поцелуе в подвале, больше ни о чем думать не могла. Я опять была там. Проживала все по новой. Чувство коротенького счастья захватывало меня вновь и вновь. Как только пыталась погрузиться в изучение информации, память с упорством параноика опять возвращала меня в тот восхитительный момент. Господи, как он тогда страстно меня целовал. Его поцелуй казался мне искренним. А как смотрел на меня. Его глаза не могли обманывать в тот момент. Мы были друг перед другом словно без кожи, все наши чувства и эмоции раскрыты.
Не о том думаешь, Кира! Все же старалась вернуть себя в действительность, принудительными воспоминаниями о муже. Слабо так помогало. Но стоило вспомнить своего сына, радость от предстоящей встречи сразу заполняла сердце.
— Устала? — неожиданно совсем близко услышала голос ментора.
Как он умудряется так тихо подходить? Конечно, я сидела спиной к двери, любуясь пейзажем за окном, погруженная в свои мысли, но это не сделало меня глухой, должна же была услышать его шаги.
Я вздрогнула. Но Марк приобнял меня за плечи успокаивающим жестом.
— Напугал? — в его голосе чувствовалась забота, он смотрел мне в глаза, в них светились искорки теплоты.
Что происходит?
— На какой вопрос отвечать? — я тоже улыбнулась ему пластмассовой улыбкой.
— Пойдем, прогуляемся, — он по-хозяйски взял меня за руку, увлекая за собой, — собакам тоже разминка будет.
— Собакам? – вопросительно посмотрела на него.
— Кира, — усмехнулся Марк, останавливаясь, — наш диалог смахивает на разговор глухонемых.
Я растерянно уставилась на мужчину.
— Ты же видела моих ротвейлеров? — проговорил примирительно Марк и потянул меня опять за собой. Видимо, понял, что адекватного собеседника сейчас из меня не выйдет. — Пошли.
И опять стоило только мужчине коснуться меня, все мои разумные мысли тут же выветрились из головы, а тело опять наполнилось глупыми порхающими бабочками.
Люблю, когда осенью выдаются теплые дни. Они так редко бывают, за то и ценны. Солнце напоследок нежит своими ленивыми лучами, даря мимолетное наслаждение ясной погодой. От земли идет запах прелой листвы и сухой травы, а воздух настолько прозрачен и свеж, что каждый вдох наполняет легкие чистотой, принося ни с чем не сравнимое удовольствие.
Собаки сначала настороженно принюхивались ко мне, но после того, как Марк обнял меня, прижав к себе, они начали бегать вокруг нас, играя друг с другом. Я попыталась отстраниться, но мужчина взял меня за руку и повел по тропинке в лес. Мне не оставалось ничего, как идти вслед за ним.
— А почему собаки в ошейниках? — спросила я. — Они же не гуляют на поводке.
— Для порядка, — скупо отозвался Марк, и мы двинулись дальше.
Когда-то, в другой жизни, мне нравились совместные семейные пикники на природе. Но в последние годы мы с мужем больше проводили времени на работе — стало не до пикников. Хотя, помню, Сергей пытался вытянуть нас на отдых за город, но я всегда была уставшей и отклоняла его идеи. Именно в этот период сын от нас отдалился. И кого я пыталась обвинить в тихой унылой жизни? Я тоже приняла непосредственное участие в том, чтобы сделать ее таковой.