Но войдя в комнату, она обнаружила, что пациент крепко спит, и, не решаясь его разбудить, Горчакова тихо поставила поднос на тумбу, подошла к окну и задернула шторы. А во сне он кажется моложе: морщины разгладились и в скудном освещении комнаты его волосы отливались чернотой, да и яда из него выливается поменьше. Кажется, она начинает понимать, что же в нем нашла эта гламурная фифа, помимо денег, конечно же.
Глава 6
День рождения! Как же Шахов ненавидел этот праздник! Только ощущение того, что он стал старше на один год, уже раздражало, а если прибавить еще и то, что все года после тридцати пяти, Роман считал старением, то можно, сказать, что сейчас он был просто в бешенстве. Но всегда было в этом дне еще что-то хорошее: подарки, встречи с «уважаемыми» людьми, и страстный секс со Стеллой в конце этого апокалипсиса.
Но этот день рождения был по-особенному гадким. Потому что Роман встречал его в каком-то лесу почти за восемьсот километров от дома, лежа в кровати с дурацкой белой повязкой на плече, рядом с бешенной девченкой, у которой каждую минуту меняется настроение. Нет, серьезно! Пока он лежал здесь, Горчакова не переставала удивлять его своей переменчивостью. Ее настроение менялось в одну секунду: тут она на него за что-то обижалась, а тут уже заботливо укрывала, когда он засыпал. Роман не помнил, когда в последний раз встречал людей с таким характером.
Но, что его больше всего удивляло, это загадка, которую ему было не под силу разгадать. Когда он на нее смотрел, то складывалось такое впечатление, будто девчонка от него что-то скрывает. И это что-то настолько глубоко спрятано в ее мыслях, что она сама в этом разобраться не может.
Единственным светлым пятном было то, что именно сегодня он должен был первый раз, после ранения, подняться с кровати и совершить небольшую прогулку. Наконец-то! Плечо глухо ныло, но рана уже потихоньку затягивалась. Подумать только, целый год, после той злосчастной истории, он не мог залечить плечо, и вот тут появляется Горчакова, которая оставила его у себя дома, вызвонила доктора, да еще и позаботилась, чтобы Шахов режим соблюдал. Девчонка – огонь!
Роман услышал шаги на лестнице, которым сопутствовала громкая сирена Ганнибала. В комнату вошла Горчакова. В руках Вероники был его костюм, в котором Роман сюда приехал, и большой тубус, отделанный под серебро.
- Доброе утро, - она саркастично вскинула бровь. – Помнится, ты говорил, что у тебя сегодня День рождения.
- Правду говорил, - кивнул Шахов.
Сказать, что он удивился, - ничего не сказать. Запомнила? О его Дне Рождения? Сказав это тогда в машине, Роман думал, что она пропустила это мимо ушей. Ну ещё бы! Горчакова спросила это с такой издевкой, мол, какой он старый! А сейчас… Сейчас он был удивлён и даже немного обескуражен.
- Ну, тогда держи подарки. Будем считать, что я - твоя добрая фея сегодня.
Верный пес, запрыгнув на кровать, улегся у него в ногах.
- Вот твоя одежда, - она подала ему костюм.
К слову сказать, все это время он был одет в какие-то домашние штаны и футболку. Он никогда не спрашивал, чьи они, да и было как-то безразлично. Но последние пару дней в голову все больше и больше лезли е мысли о Горчаковой и мужчинах в ее жизни. Он не думал об этом несчастном умершем парне, в его мыслях была Горчакова. Она до сих пор хранит ему верность или все же сейчас у неё есть любовник? Он был её первым парнем или были ещё? Шахов понимал, что это глупые мысли и старался их отогнать, но они все равно возвращались, как пчёлы в улей, а дорогу им указывали фотографии, висящие на стене.
- А это тебе маленький подарок от меня, - и Вероника вручила ему тубус.
Первая его мысль об этом предмете была не совсем правильной, - это не была подделка под серебро, это было чистое серебро.
- Спасибо, - кивнул Шахов. – Но что это?
- Открой и узнаешь, - загадочно улыбнулась девушка.
Открыв крышку довольно длинного тубуса, Шахов, без преувеличения, очень удивился. Внутри тубус был оббит бархатом, а прямо в центре находился серебряный шар. Он с интересом посмотрел на девушку, все также коварно улыбающуюся, и дернул за шар. Это оказалась антикварная трость из красного дерева с серебряным набалдашником.
- Зачем? – Роман отделался лишь единственным вопросом.
- Ну тебе сказали, поменьше двигаться, вот и двигайся поменьше.
Она издевается. Снова пытается указать ему на возраст. Маленькая взбалмошная девчонка! А в глазах так и пляшут маленькие чертики. Девчонка! Что с неё взять?
А действительно, что бы он не говорил, сегодня ему сорок. Сорок лет промчались мимо него! А что же было в них такого, что могло бы запомниться, что бы можно было пронести это сквозь года и вспоминать на смертном одре? Ничего! Работа, работа и ещё раз работа! Она была и есть смыслом его жизни. Когда был молод как-то об этом не задумывался, перед его глазами была большая желанная цель – вырваться из-под черты бедности, стать влиятельным, богатым человеком, за помощью которого будут сбегаться со всей страны. Это и стало причиной поступления на юрфак. В молодом Ромчике или Ромке, как его называли уличные пацаны, чувство справедливости никогда не было обострено, а вот амбиции в нем зашкаливали.