- Нет, я так не могу, - фраза банальная, но такая действенная.
Сразу же она увидела глаза Романа, в которых возбуждение и пьянство постепенно уступали место трезвости и здравости ума. Он тоже понял, что произошло то, чего априори не должно было происходить вообще никогда.
Они стояли и пялились друг на друга, пока Вероника не решила все-таки сбежать с чувством стыда и полного отчаянья. В душе у девушки были разные эмоции: она злилась на себя, на него, на весь мир, тело неистово требовало продолжение, а сердце кричала о том, что сейчас она придаёт память о самом любимом человеке. Ее побег сейчас казался ей лучшим выходом из ситуации. Вероника не понимала, как она могла пойти на такое - как она позвонила ему прикоснуться к себе, отключить все мысли, и так быстро сломать тот барьер, который она выстраивала целый год.
Но что было самым страшным в этой ситуации, это то, что она не могла разобраться в своих чувствах, которые бурлили в ее сердце, помимо эмоций. Если отбросить всё и не думать ни о ком и ни о чём, то Вероника могла с точностью сказать, что его поцелуй заставил ее дрожать от предвкушения. В тот момент она, действительно, получала кайф от ощущения его губ. Она познавала истинное блаженство, когда его руки бродили по ее телу, слегка задевая края футболки. Ей нравилось то, с какой страстью он поднял ее под попу и, смахнув все со стола, усадил ее перед собой. Черт!
О чем она думала? Мысли снова возвращались к Володе, к тем ощущениям и чувствам, которые в ней будоражили его прикосновения и поцелуи. А сейчас она прямо оскорбляла его, находясь здесь с другим мужчиной. Нет, так точно не должно быть.
В голове Вероники еще плескался алкоголь. Гонимая мыслями, она закрылась в своей комнате. А что было еще делать? Куда бежать? На кровати мирно лежал Ганнибал. Собака, будто понимала метания хозяйки, поэтому быстро вскочила и подбежала к девушке.
Вероника потрепала ее по голове, и устало легла на кровать. Ну ничего! Завтра она точно решит, что делать, когда алкоголь выветрится из её головы. Хотя, что тут думать? Она пьяна, он пьян. А когда человек пьян, он делает все, что угодно. Пытаясь таким образом себя успокоить, девушка погрузилась в тяжёлый сон.
В этом сне Вероника увидела отца. Папа сидел за столом в их старой квартире, в которой прошло её детство, не такое уж и беззаботное, но все равно незабываемое. Он смотрел на нее своим фирменным угрюмым взглядом. Шрам через глаз сложился маленькой гармошкой, а глаза смотрели с негодованием и порицанием. Папа всегда смотрел на нее так, когда у нее что-то не получалось в его школе, то звоночек зашумит, когда она руку в карман засунет, то карман окажется пустышкой.
Но вдруг папа поднялся со стула и, нависнув над ней, засунул руки в карманы, вывернув подкладку наружу. На землю посыпались золотые кольца, браслеты, печатки, мелкие копейки и в воздухе, подобно листьям осенью, закружились купюры.
Вероника проснулась на следующее утро с трезвой головой, но такими паршивыми воспоминаниями со вчерашнего дня. Долгожданное решение так и не пришло, поэтому она просто решила вести себя, как всегда, и не заморачиваться.
Ой, нет! Кажется, на счет трезвости, девушка погорячилась. Как только она села в кровати, комната быстро начала вращаться.
- Ооо, - Вероника тихо застонала, подымаясь с кровати. – Нельзя пить.
Девушка медленно направилась на кухню. По пути в ее голове все же возникали мысли по поводу того, как вести себя с Романом. Но они быстро отметались решением о том, что решительно ничего не произошло, и они скоро расстанутся.
На кухне, склонившись над чашкой с кофе, сидел Шахов.
- О, что алкоголь – зло? – Как бы плохо ей не было, девушка твердо решила, что подколоть Романа – это ее священная обязанность.
- Ну не такое, как для тебя, - парировал он.
Его ответ немного осадил Веронику, и она медленно потянулась к шкафчику с лекарствами. Выудив аспирин, девушка сделала себе лечебный коктейль и уселась за стол, скопировав позу Романа.
- Я в конце этой недели уеду, - безапелляционно сказал Шахов.
В груди у Вероники что-то кольнуло. Она, что испугалась, что он уедет? Ха! Нет, конечно! Это даже лучше, пускай катится и не портит ей планы, кстати, действительно, наполеоновские.
- А ранение?
- У меня через неделю заседание в арбитражном суде. Клиент – очень важный человек. Я не могу тут больше прохлаждаться.
- Как пожелаешь, - пожала плечами Вероника. – А когда заседание по моему делу?
- Не знаю еще. Следователь на тебя усердно копает. Поднимает старые дела об ограблениях, пытается найти на тебя компромат.