Мужчины снова выпили.
- А Калиновский?
- А Паша, - Горчаков на минуту замолчал, видимо вспоминая старого товарища. – Паша … Паша… Паша… Рассорились мы с ним. Он ушел, стал строить свою жизнь и свой бизнес. И удачно построил. Но когда Марк, отец Вероники уже взрослый был, Павел только женился. И неудачно. Арина, как я знаю, очень дружила с алкоголем, наркотиками и мужчинами. Он сначала даже не верил, что Полина от него, а когда выяснилось, что она все-таки его дочь, то он Арину прогнал. А Полина…
Шахов не знал, как реагировать на упоминание своей бывшей. Но ему было очень любопытно, тем более, что рассказывал он не о таких уж и незнакомых людях. Что же Горчаков поведает ему еще?
- Сколько ей? Тридцать пять есть уже?
- Вы у меня спрашиваете?
- Ну, вы же встречались, насколько я знаю.
- А вы осведомлены, - усмехнулся Шахов.
- Не думайте, что я специально. Просто, год назад Паша решил возобновить наше общение. Он рассказал мне, что его перезревшая дочь скоро выйдет замуж за успешного адвоката Романа Шахова. Лучше бы не объявлялся, - последнюю фразу он сказал почти шепотом, на котором адвокат решил не заострять внимание.
- Не сложилось у нас, - пожал плечами он. – И я снова холостяк.
- Знаете, что я вам сказать хочу. Вы еще молодой. И если девушка вам, действительно, нравится, в каком бы семейном положении она не была, попытайте счастье, иначе она может не оказаться такой же храброй, как оказалась Светочка. И вы все-таки закончите свою жизнь в полном одиночестве. Послушайте старика, я вам добра желаю, раз уж больше желать мне его некому.
Домой Шахов направлялся уже далеко за полночь. Прорезая тьму ночного города, Роман думал о том старикане, оставшемся в большом пустынном особняке один на один со своим горем. Надо бы к нему почаще заезжать. Все-таки хоть какой-то человек в доме. Ему нравился Горчаков. С высоты своего жизненного опыта он был неисчерпаемым источником мудрости и человечности. Пройдя столько всего, он смог сохранить в себе светлые чувства к миру и к людям. А это очень редко можно встретить.
Подъехав ко двору своего дома, Шахов выругался.
- Черт, опять этот баран занял мое место. Ну, я тебе покажу, - выйдя из машины, он со всей дури ударил ногой колесо машины.
Несмотря на раздражение, Роман решил поставить машину в соседнем дворе советской пятиэтажки.
- Не могли фонари поставить.
Пересекая темный двор, он услышал сзади чьи-то шаги. Но не успел он обернуться, как что-то тяжелое уже обрушилось ему на голову. Его тело тяжело опустилось на влажную от дождя землю. Инстинктивно, прикрыв голову, Шахов ощущал, как тяжело на его тело опускались две деревянные биты. Удары наносились с завидной точностью. Голова, спина, нога. Вот одна бита тяжело опустилась на грудную клетку. Весь воздух вышибло из легких, и почувствовалась острая боль в грудине. Вот вторая - опустилась на ногу. Он физически почувствовал, как ломается его правая нога, и разрываются мышцы. И тут Роман что-то вязкое начало вытекать у него изо рта.
Все, что он мог сейчас под градом ударов, это беспомощно хватать окровавленным ртом воздух и, закрывая глаза, недеяться остаться вживых.
И вот снова бита тяжело опустилась ему на голову, сломав фаланги пальцев на правой руке, которой он защищался.
И тут Роману стало так все равно на них. Его медленно накрывала апатия, а вместе с ней и темный плотный дым, похожий на туман, стоявший сегодня весь день.
- Все хватит, а то еще копыта отбросит, - голос был почти знакомый, но это уже не имело никакого значения. Темнота наступала и он, увы, был не в силах ей противостоять.
Шахов уже не чувствовал, как тяжелый джип проехался по его левой кисти, как в этой же машине двое ссорились о том, не слишком ли они перегнули палку, и как на них орал заказчик, узнав, что избили они Шахова до потери сознания.
Глава 12
В просторном светлом кабинете расположились две фигуры: молодая женщина щуплой наружности в белом халате и мужчина, отличительными чертами которого были располневшая фигура, невысокий рост и полное отсутствие волос на голове.
- Ну, что, Маринка, что скажешь? – Мужчина водрузил пухлую руку на стол и внимательно уставился на женщину-врача.
- А что тут скажешь? – Она тяжело вздохнула и бросила взгляд на рентгеновские снимки, лежащие перед ней. - Ничем не могу порадовать. Били сильно, целенаправленно. На нем живого места нет. А он тебе кто, вообще?