- Я не могу с ним больше работать. Мне его убить хочется, - старые сморщенные руки сжались в кулаки. – Если не возьмете меня к себе, то я увольняюсь.
- Вот, - Савчук всучил Роману пистолет, будто не мог долго держать его в руках.
- Бока-а-а-л вино-о-о-м мой поло-о-о-н, - они оба, будто по щелчку повернулись к открывающейся двери. – В душе-е-е вопро-о-о-о-сов о-о-мут.
Крича эту песню, в кабинет ввалился в стельку пьяный Калиновский. Синяя шелковая пижама была в каких-то пятнах, в его руке была открытая полупустая бутылка виски с содранной этикеткой. От Калиновского шел запах алкоголя смешанного с запахом немытого тела. Этот смрад был настолько ужасен, что Шахов невольно сморщился.
- Заче-е-е-м весно-й-й-й цветет, - он пошатнулся, - а осенью-ю-ю все увяда-а-а-ет.
В голове Романа промелькнула мысль о том, что когда-то это человек ему угрожал, а сейчас вызывает только смех и отвращение. Савчук тоже сидел без слов, на лице читались смешанные чувства. Они так и замерли без слов, следя за этим представлением.
Вдруг Калиновский покачнулся и с громким стуком упал на пол. Бутылка, которую он держал в руках, разбилась на мелкие осколки.
- Теперь я видел все, - Роман медленно поднялся с кресла и направился к лежащему телу.
Савчук уже присел возле него, проверяя пульс. Роман про себя отдал должное его выдержке, если все, что он рассказал, - правда, то он бы сейчас с удовольствием черкнул по его шее ножом.
- Живой, - и в подтверждение его словам, раздался глубокий гортанный храп.
- Обыщите его, - Роман потыкал тело тростью, как в детстве палочками трогали умерших кошек, собак или голубей. – В кармане должен быть ключ от комнаты.
Савчук быстро обыскал бывшего шефа и, найдя в нагрудном кармане маленький ключик, протянул его Роману.
- Он ведь завтра ничего не вспомнит, - Шахов лукаво посмотрел на начальника охраны, но тот отрицательно помотал головой.
- Я честный и смелый вояка и хочу, чтобы он смотрел мне в глаза, когда я буду наносить удары.
- А он поступил честно, убив вашего племянника? – Роману просто хотелось, чтобы кто-нибудь избил Калиновского, и его не особо интересовало, кто это будет. – Подумайте, такой шанс не часто выпадает.
В глазах Савчука он видел сомнение. Сейчас он боролся сам с собой: с одной стороны была его честь, а с другой – жажда мести и ярость, которую ему необходимо было выплеснуть. И вторая победила. Размахнувшись, он нанес сокрушительный удар по ребрам лежащего тела. Шахов ликовал. Он наслаждался этим зрелищем: как руки Савчука разбиваются в кровь, а толстое тело Калиновского буквально дрожит от нанесенных ударов; этими звуками удара кожи о кости и жир.
Тело внизу вроде открыло глаза, но было видно, что восприятие реальности у него было весьма и весьма скудным.
- Ну, все хватит. У меня на него еще планы есть, - роман тростью прижал кулак Савчука.
Тело на земле начало что-то невнятно мычать, а потом похрюкивать. Но, так и не осознав происходящего, снова погрузилось в пьяную дрему.
- Сергей! – От всей души крикнул Роман.
Охранник в одну секунду материализовался перед шефом, но потом опустил голову. В его глазах промелькнуло удивление, но лицо осталось невозмутимым.
- Возьми еще пару парней, и транспортируйте это тело наверх, - он презрительно кивнул на спящего Калиновского. – И позови Валентину Семеновну.
Савчук стоял, пытаясь восстановить дыхание.
Почти сразу же в кабинете появились три внушительных размеров охранника и, взяв Калиновского за конечности, почти как труп, начали с не особой осторожностью перетаскивать его сначала из кабинета, а потом по лестнице. Эту картину, когда один охранник случайно ударил Калиновского головой о косяк, увидела прибежавшая Валентина Семеновна.
- Батюшки, - она прижала ладонь ко рту.
- Валентина Семеновна, - Роман протянул ей ключ. – Это ключ от комнаты Полины. Уберите здесь все, - он кивнул на беспорядок в кабинете. – И зайдите к ней.
- А как же Павел Александрович? – Она испуганно указала пальцем на ребят, которые постоянно и с удовольствием роняли какую-нибудь конечность нелюбимого шефа.