Тут из комнаты, мимо которой она проходила, выполз Шахов, угрюмый, недовольный, с гримасой ярости на лице.
- Так, ну-ка заткнулись все, - все мигом умолкли. – Вы можете это все делать тихо, чтобы я вас даже не слышал. Что вы топчесь, как слоны? Значит так, услышу еще хотя бы звук, я вас всех выгоню. Ясно? Ты еще чего вылезла? – Это уже к Веронике.
- Я за таблетками пришла, можно? – Прогнусавила девушка.
И тут случилось то, чего Вероника не ожидала. Стоять оказалось очень тяжело и утомительно. Ноги начали подкашиваться, а ее тело стремительно начало опускаться на пол. Вовремя ее подхватила рука в перчатке и затащила в комнату, оказавшуюся кабинетом.
- Эй, мне нахрен еще одни похороны не сдались, - он приложил голую ладонь ко лбу девушки. – Девочка, да ты горишь.
Рука Шахова отдавала желанной прохладой. Вероника закрыла глаза.
- Только этого мне и не хватало.
- Знаешь, что… я тоже не в восторге.
Продолжая держать руку на ее лбу, Шахов гаркнул на весь дом, да так, что девушка поморщилась:
- Валентина Семеновна, аптечку принесите!
Источник прохлады исчез, и снова жара. В дверь постучали. Получив разрешения, Валентина Семеновна вошла с каким-то свертком в руках. Шахов кивнул на девушку.
- Ой, Божечки, - она присела рядом с Вероникой, копошась в свертке. Она вынимала оттуда и шприцы, и таблетки, и какие-то ампулки.
- Я на уколы никогда не соглашусь, - запротестовала девушка.
- Вот, - экономка протянула термометр. – Это под язык.
Вероника сидела с термометром, а Шахов тем временем молча наблюдал за всем со своего кресла, сложив руки на трости. Девушка опустила голову на спинку дивана и закрыла глаза. В голове было пусто, а во рту сухо. Она пыталась не погружаться в желанный сон, а тело начинала сотрясать мелкая дрожь.
- Время, - экономка выудила изо рта термометр. – Роман Сергеевич, тридцать восемь и пять. Надо бы врача.
- Не надо, - замотала головой девушка. – Дайте таблеточку и все. Я завтра поправлюсь.
- Роман Сергеевич?
- Какой Роман Сергеевич? Это мое здоровье сейчас обсуждается! И мне решать! – Начала возбухать Вероника, но боль в горле быстро дала понять всю ошибочность ее намерений. – Дайте таблетку!
- Делайте, как просит. Черт с ней! Заработает воспаление легких, тогда мы и посмотри. Уже здоровая баба, а ведет себя, как маленькая девочка.
- Сволочь ты, Шахов, - пробурчала девушка, сворачиваясь калачиком на диване. – Зовите своего врача, - это Вероника пробурчала, погружаясь в глубокий безмятежный сон.
Глава 19
Всю следующую неделю Вероника провела в постели. Шахов все-таки вызвал врача, молодого, полноватого мужчину в бабушкиных очках. Постельный режим, куча таблеток и много жидкости. Это были единственные слова, которые девушка услышала от него. Первые три дня Вероника провела в забытье, из которого ее вытаскивала Валентина Семеновна для приема пищи или горьких пилюль. Она не слышала, когда из дома выносили гроб, всю суматоху похорон, лишь иногда до ее уха доносились разговоры из коридора, и, возможно, дедушкин голос. Но девушка не могла быть в этом уверенна. Еще она слышала детский плач. Истошный крик маленького ребенка иногда вырывал ее из глубокого сна. Но малышка успокаивалась, а вместе с ней засыпала и Вероника.
Следующие дни уже не прошли мимо Вероники. Она сама вставала с постели и уже не спала дни напролет. Но ее не радовало это улучшение, ведь с осознанием реальности, пришла и мысль о дальнейших действиях. Правда, думы эти были слишком тяжелы для неокрепшего тела, и, ухватившись за голову, девушка засыпала.
Шахова она за это время не видела, да и не горела желанием. До нее даже не доносился звук его голоса или стук трости.
Об этом никто не знал, но Вероника ночью устраивала себе прогулки по большому дому. Она теперь имела хорошее представление о планировке особняка. Девушка облюбовала библиотеку, тихое место в крыле, которое давно пустовало. Хозяев там вряд ли можно было встретить, тем более в ночное время. Усвоила она теперь и расположение охраны. Как оказалось, в доме ночью было лишь два охранника. Все остальные были на улице. Один стоял, не смыкая глаз, у двери Шахова. А второй – у ее комнаты. Но парень, который охранял Веронику, был молодым, и, видимо, еще никогда не попадался. Всю ночь он исправно спал, закинув голову на спинку кресла. Это вызывало усмешку на лице девушки.