Прокляв все и всех, Вероника спустилась на первый этаж. Есть очень хотелось. У двери кабинета стояли два охранника. Когда девушка проходила их, двери распахнулись, и из комнаты вышел начальник охраны. Она никогда с ним не встречалась один на один. Этот дистрофик, ничего, кроме неприязни, в ней не вызывал. Веронике не нравилось в нем почти все: от худого лица до манеры держаться. Еще с их первой встречи в том ангаре, девушка невзлюбила его и до сегодняшнего дня эта нелюбовь, видимо, только усиливалась, потому что Вероника поспешила сразу же ретироваться на кухню.
Здесь Валентина Семеновна что-то активно мешала в кастрюле, держа в ней при этом градусник.
- Изабелла Львовна, - кивнула женщина.
- Валентина Семеновна, есть, что покушать? – Девушка двинулась к холодильнику, остановив экономку рукой, когда та попыталась бросить свои дела. – Нет, я сама.
Выудив еду, Вероника мирно устроилась во главе стола лицом к экономке. Девушка мирно обедала, уставившись во включенный телевизор. Дикторша что-то активно вещала про глобализацию, геополитику, установление дружественных отношений с зарубежными странами, а потом про штормовое предупреждение на ближайшую неделю. Вероника лишь качала головой, как китайский болванчик, а потом и вовсе потеряла нить повествования и уставилась в окно. Какое еще штормовое предупреждение? Да, холодно, но пока ужасных серых туч не наблюдается.
Она мирно ждала возвращения домой. Вероника твердо решила, что обязательно спросит Володю о брате, и о причине, по которой он его скрывал. Все-таки и у нее есть секреты, глупо ожидать, что и у Володи их нет. А потом они уедут так быстро, как только смогут.
Вероника услышала звук открывающейся двери и быстро повернула голову. В комнату вбежала худенькая девушка, одетая в униформу горничной. Ее мышиного цвета волосы были убраны в высокий хвост, а большие болотные глазища спрятались над темными, почти черными, кругами. Веронику, сидевшую в углу, она не заметила.
- Валентина Семеновна, я закончила со вторым этажом, - отрапортовала девушка, поправляя ремешок белого передника. – Остался лишь кабинет хозяина, но он сейчас там и никого не пускает.
- Хорошо, Юлечка, не волнуйся, с кабинетом я сама разберусь, - продолжая что-то помешивать в кастрюле, сказала Валентина Семеновна. – Покарауль суп, а я пойду за Настенькой схожу.
Валентина Семеновна исчезла из комнаты, а девушка стала на ее место. Когда она повернула голову, то увидела Веронику, притаившуюся за столом.
- Ой, - стушевалась горничная, - здравствуйте.
- Здрасьте, - кивнула Вероника, продолжив ковыряться в тарелке, выбирая из салата лук.
Открылась дверь и в комнату вошла Валентина Семеновна с малюткой на руках. Заметив Веронику, девочка потянула маленькие ручки к ней. Экономка, как всегда, тяжело вздохнула, чуть подумала и отдала девочку. Малышка снова вцепилась в волосы, сонно положив головку на плечо девушки. Она снова посмотрела на свою ношу и чмокнула малышку в маленькую головку.
Настя по-прежнему не вызывала у Вероники каких-то материнских чувств, но желание успокоить, помочь, защитить и потискать маленькую щечку всегда возникало. Наверное, подумала девушка, это у всех так.
- Спасибо, Юлечка, иди, - кивнула на выход женщина, девушка быстро удалилась.
- А кто это? Я ее раньше тут не видела, - спросила Вероника, получая от экономки бутылочку со смесью.
- Роман Сергеевич приказал увеличить штат горничных. Вот на днях приняла девушку на работу.
Вероника усмехнулась, вспомнив вчерашние приключения.
- Решил приумножить свой гарем, - только лишь молвила она.
- Зря вы так, - укоризненно нахмурилась экономка. – Роман Сергеевич очень хороший человек.
- Ну да, ну да, - лишь прошептала Вероника, кормя малышку.
- Изабелла Львовна, я проработала в этом доме, - она задумалась, - почти пятьдесят лет. При мне сменилось три хозяина этого дома. Я знаю, о чем говорю.