Как могут две сестры так чертовски отличаться?
- Куда мы едем? - пробормотала она. Я помогла ей надеть цветочную рубашку с оборками спереди: на мне бы она смотрелась как дерьмо, но на ней она выглядела свежей и красивой. Рубашка, по крайней мере, отвлекала внимание от ее осунувшегося лица. Ей нужен был сон, а не имитация с помощью химических веществ. И атмосфера, в которой она могла бы узнать, насколько влиятельной она может быть, если дать шанс.
- Мы собираемся в небольшое путешествие, - сказала я. - Сара, посмотри на меня. Посмотри на меня. Ты узнаешь меня, верно?
Ее блуждающие глаза сосредоточились на мне. Я с ужасом вспомнила задержки с ответами у Черис, но это было по-другому, ведь Сара, по крайней мере, сама выбрала этот путь. - Конечно, я знаю, кто ты, - сказала Сара и положила руку на мою щеку. Ее кожа была холодной и липкой. - Ты моя сестра. Ты все, что у меня есть. Хотя иногда я ненавижу тебя. Но в основном я люблю тебя.
Я ощутила, как это простодушно-жестокое заявление поселилось между моих ребер, острое и холодное, и почувствовала, как слезы жалят глаза. Я любила ее. У меня не было причин, но я все равно любила ее.
И теперь я сделала себя ответственной за нее, и прямо сейчас я не была уверена, что это было хорошей идеей...
Я с трудом могла заботиться о себе. Но я не могла бросить ее с Имоном.
- Все верно, - сказала я, и выдавила улыбку. Я положила свою руку поверх ее, удерживая ее на щеке. - Я тоже тебя люблю. Ты и я против всего мира, Сара. Но сейчас мне нужна твоя помощь. - Я потянулась к бутылочке с лекарством и проверила этикетку. Если только ее не звали Мэйбл Торнтон, то это были не ее таблетки. Я трясла ими перед ней, пока она не сосредоточилась на них. - Ты должна прекратить принимать это.
Она моргнула, а затем потянулась за ними. Я легко отодвинула их из зоны досягаемости. - Это мое! - сказала она, и выставила свой острый подбородок в жесткую, упрямую линию. - Джо, отдай их! Я принимаю их, только когда они мне нужны! Я принимаю их от боли!
Ее жизнь сейчас была наполнена ею, начиная с отношений с мудаком в другой комнате, и заканчивая тем, что она жила в трейлере в Аресе, штат Невада, без какого-либо просвета в будущем, кроме еще большего злоупотребления. Но все можно исправить. Все будет исправлено.
- Я придержу их для тебя, - сказала я, и сунула их в карман джинсов, мысленно пообещав себе выбросить их в первый попавшийся мусорный бак. - Проснись и пой, малыш.
Она пьяно хихикнула. - Я не малыш! Это ты ребенок!
Не на данный момент.
Полностью одеть Сару было тем еще испытанием. Пока она разбиралась в сложностях брюк, я обшарила ее шкаф, отбирая то, что принадлежало ее, и складывая в чемодан - Louis Vuitton, видимо сувенир из лучших дней - затем добавила несколько личных вещей, оставленных ею по всему трейлеру. Особенно фотографии. Я задержалась над фото нашей матери и уже порывалась спросить… но не решилась. Я до сих пор считала, что довольно хорошо избегала с ней мою проблему с памятью, но одно неверное движение и все могло развалиться.
Было удручающе легко удалить все следы Сары в месте, которое должно было быть ее домом. Я подумала, что на это можно взглянуть как на вольную независимость, но это выглядело действительно адски жутко. Напоминание о том, как легко жизнь могла быть стерта из мира.
Имон не помогал, буквально или образно. Когда я привела Сару обратно в гостиную и заставила ее сесть на диван, покачивающуюся и моргающую, Имон допивал свежую порцию виски. - Ах, - сказал он с той медленной, всезнающей улыбкой. - Я вижу, ты готова.
- Да, - сказала я, и бросила чемодан рядом с дверью. - Куда мы едем?
- В Калифорнию, - сказал он. - Земля фруктов и орехов, как они говорят. Хорошо вернуться домой.
Я думала, почему-то, что Сара будет довольна - ведь почти везде в Калифорнии должно было быть лучше, чем в нынешней ситуации, и она говорила, что жила в том же почтовом индексе, что и Мэл Гибсон. Но вместо этого она выглядела огорченной. Даже испуганной. - Нет, - сказала она. - Нет, я не хочу ехать в Калифорнию. Джо, почему мы не можем вернуться во Флориду? Мне нравилось во Флориде. Было хорошо и…