Когда пришла в себя — он всё ещё был во мне. Двигался. Кончил второй раз, вливая в меня всё до последней капли.
— Теперь ты вся в моей сперме, — сказал он, выходя из меня. Я почувствовала, как она потекла по бёдрам. — И так будет каждый день. Пока я не устану.
Я сидела в углу сиденья, свернувшись. Платье порвано. Трусики он снял ещё в клубе и выбросил в окно. Я была голая снизу. Вся в нём.
— Как тебя зовут? — спросила я тихо.
Он посмотрел на меня. Впервые по-настоящему.
— Адриан. Адриан Блэкстоун.
Я запомнила. Выжгла это имя в мозгу.
Адриан Блэкстоун.
Я найду способ уничтожить тебя.
Даже если мне придётся сгореть вместе с тобой.
Машина въехала в ворота. Огромный особняк. Как дворец. Как тюрьма.
Дверь открылась. Он вышел и протянул руку.
— Пошли, Лиана.
Ты дома.
Я не взяла его руку.
Я вышла сама. Босая. В порванном платье. С его спермой на бёдрах.
Но с прямой спиной.
Пока ещё.
Глава 3. Адриан
Дверь особняка захлопнулась за нами с таким звуком, будто гроб закрыли.
Я смотрел на неё, стоящую посреди огромного холла: босую, в разорванном платье, с растёкшейся тушью и моей спермой, стекающей по внутренним сторонам бёдер.
Красивее, чем любая женщина, которую я когда-либо покупал, ломал или убивал.
Она дрожала. Не от холода. Мрамор под ногами был тёплый. От ярости.
— Добро пожаловать домой, Лиана.
Она посмотрела на меня снизу вверх. Глаза горели.
— Это не дом. Это тюрьма.
Я улыбнулся. Медленно. Широко.
— Именно.
Одним движением я сорвал с неё остатки платья. Ткань разорвалась с треском. Она осталась абсолютно голая. Грудь вздымается. Соски твёрдые — от страха или возбуждения, уже не важно.
Она попыталась прикрыться руками. Я перехватил оба запястья и завёл их за голову, прижимая к холодной колонне.
— Не смей прикрываться. Ты больше никогда не будешь прятать от меня своё тело.
— Пошёл ты, Адриан.
Я ударил её. Не сильно. Пощёчина. Но звонкая. Голова мотнулась в сторону. На щеке тут же отпечаток моей ладони.
— Ещё одно слово не по делу — и я выбью тебе зубы. Поняла?
Она молчала. Глаза полные слёз, но не проронила ни одной.
Я отпустил её руки и отступил на шаг. Смотрел.
— На колени.
Она не двинулась.
Я расстегнул рубашку. Медленно. Пуговица за пуговицей. Сбросил её на пол. Потом ремень. Звук пряжки заставил её вздрогнуть.
— Я не повторяю дважды.
Она опустилась. Медленно. Гордо. Но опустилась.
Я подошёл ближе. Расстегнул ширинку. Достал член — уже твёрдый, уже мокрый от неё.
— Открой рот.
Она посмотрела на меня снизу вверх. И открыла. Не потому что хотела. Потому что поняла: иначе будет хуже.
Я вошёл в её рот сразу глубоко. До горла. Она закашлялась, попыталась отстраниться. Я схватил за волосы и зафиксировал.
— Дыши носом. И соси.
Я трахал её рот. Жёстко. Безжалостно. Слёзы текли по её щекам, слюна по подбородку. Она давилась, но не останавливалась. Умная девочка.
Я кончил быстро — второй раз за вечер, но всё ещё много. Прямо в горло. Заставил проглотить всё.
Когда вытащил — она кашляла, задыхалась, но не выплюнула. Ни капли.
— Хорошая девочка.
Я поднял её за волосы и швырнул на пол. На холодный мрамор. Она упала на спину, попыталась отползти. Я наступил ей на грудь ботинком — не сильно, но достаточно, чтобы она замерла.
— Ноги раздвинь.
Она раздвинула. Широко. Я видел всё: её распухшие губы, мою сперму, её собственную влагу. Она текла. Сильно.
— Посмотри на себя, — сказал я, приседая рядом. — Ты течёшь, как шлюха. После всего, что я с тобой сделал.
Она отвернулась. Я схватил её за подбородок и заставил смотреть мне в глаза.
— Скажи это.
— Что?
— Скажи: «Я теку, как шлюха».
Она молчала.
Я вошёл в неё одним движением. Сухо. Глубоко. До боли.
Она закричала.
— Говори.
— Я… теку… как шлюха… — прошептала она сквозь слёзы.
Я начал двигаться. Жёстко. Быстро. Каждый толчок — как удар. Она царапала мне руки, спину, лицо. Я только сильнее вжимал её в пол.
— Громче.
— Я ТЕКУ КАК ШЛЮХА! — закричала она.
Я засмеялся и ускорился. Один палец нашёл её клитор и начал тереть. Жёстко. Безжалостно. Она выгибалась, кричала, плакала, но тело уже двигалось навстречу.
— Кончай, Лиана. Кончай на хуе своего насильника.
Она кончила. С криком. С судорогами. Так сильно, что на миг потеряла сознание.
Я не останавливался. Трахал её сквозь оргазм. Ещё. И ещё.
Кончил в неё второй раз. Глубоко. До матки. Оставляя след.
Когда вытащил — она лежала на мраморе. В луже собственной влаги, крови (я порвал её внутри) и моей спермы.
Я встал над ней. Застегнулся.
— Теперь ты точно моя.
Она не ответила. Глаза закрыты. Грудь вздымается. Дышит.
Я нагнулся, поднял её на руки. Она была лёгкая. Сломанная. Но ещё не до конца.
— Это только первый раз, Лиана.
Первый из тысяч.
Я понёс её наверх. В свою спальню.
Где на кровати уже лежали наручники.
И где она проведёт остаток своей жизни.