Глава 4. Лиана
Я проснулась от боли.
Не от синяков. Не от того, что всё тело было одним сплошным укусом и царапиной.
Я проснулась от того, что он снова был внутри меня.
Глубоко.
До самого конца.
И двигался.
Медленно.
Лениво.
Как будто имел на это полное право.
Солнце било в огромные окна. Белые простыни. Я голая. Руки пристёгнуты кожаными наручниками к спинке кровати. Ноги раздвинуты и привязаны к углам. Я не могла свести бёдра даже на сантиметр.
Он лежал на мне всем весом. Одна рука под моей головой, вторая сжимала грудь так сильно, что останутся новые синяки. Он сосал сосок, покусывал, тянул зубами. И трахал. Без спешки. Как будто мы любовники. Как будто это утро после прекрасной ночи.
Я попыталась вывернуться. Наручники впились в запястья.
Он даже не посмотрел на меня. Продолжал двигаться. Входил до конца и замирал. Потом выходил почти полностью и снова вгонял до боли.
— Доброе утро, маленькая, — наконец сказал он, поднимая голову. Глаза чёрные. Удовлетворённые.
— Уберись из меня.
Он улыбнулся и вошёл особенно глубоко. Я задохнулась.
— Нет. Я только начал.
Он ускорился. Резко. Жёстко. Кровать скрипела. Мои бёдра горели от верёвок. Он отпустил грудь и перешёл к горлу. Сжал. Не до потери сознания. Просто чтобы я чувствовала, кто решает, дышу я или нет.
— Ты спала так сладко, — прошептал он мне в губы. — Я кончил в тебя два раза, пока ты была без сознания. Ты даже не шевельнулась. Просто принимала.
Я отвернулась. Слёзы жгли глаза.
— Посмотри на меня.
Я не посмотрела.
Он остановился. Полностью вышел. Я невольно выдохнула с облегчением.
Ошибка.
Он перевернул меня на живот одним движением. Верёвки перекрутились, впились в кожу. Я оказалась лицом в подушку, задранная вверх. Он раздвинул мне ягодицы руками.
— Нет… не туда… пожалуйста…
— Пожалуйста? — он рассмеялся. — Уже просишь?
Я почувствовала, как он приставляет головку к другому входу. Без смазки. Без подготовки.
— Я буду кричать.
— Кричи.
Он вошёл.
Медленно.
Сопротивление было адским. Я кричала в подушку, пока не сорвала голос. Он не останавливался. Дюйм за дюймом. Пока не вошёл полностью.
— Тесная, — выдохнул он. — Никто до меня здесь не был?
Я не могла ответить. Только рыдала.
Он начал двигаться. Сначала медленно. Потом быстрее. Одна рука в волосах — держит голову назад. Вторая под животом — нащупала клитор и начала тереть.
— Кончай, Лиана. Кончай, пока я в твоей заднице.
Я не хотела.
Но тело уже не слушалось.
Я кончила. С криком. С судорогами. Так сильно, что на миг потеряла зрение.
Он кончил следом. Глубоко. Горячо. До боли.
Потом вышел. Я почувствовала, как всё вытекает. На простыни. На мои бёдра.
Он отстегнул наручники. Я рухнула лицом вниз. Не могла пошевелиться.
Он лёг рядом. Притянул меня к себе. Я была как тряпичная кукла.
— Теперь ты проснулась по-настоящему, — прошептал он в мой затылок. — Доброе утро, моя девочка.
Я лежала в его руках. Вся в нём. В его сперме. В его запахе.
И впервые за всю ночь подумала:
«А вдруг я никогда не выберусь?»
Он поцеловал меня в шею. Нежно.
И я заплакала беззвучно.
Глава 5. Адриан
Я никогда не сплю больше четырёх часов.
Сегодня — три.
Потому что она лежала рядом, голая, в синяках, с моим семенем на бёдрах, и я всё равно хотел её снова.
Но дела не ждут.
В 6:47 утра мне пришло сообщение: груз из Колумбии задерживается на два дня. Это минус восемнадцать миллионов. Кто-то должен умереть за это сегодня.
А значит, пора ставить правила.
Я разбудил её самым приятным для меня способом: вошёл в неё сзади, пока она ещё спала на животе. Она проснулась на третьем толчке, вздрогнула, попыталась отползти. Я прижал её за шею к матрасу и кончил быстро, оставив ещё одну порцию внутри.
Потом вытащил её из кровати за волосы, поставил на колени и повёл в душ.
Мылся я. Она стояла рядом на коленях на кафеле, пока я намыливал себя. Когда я сказал «открой рот», она открыла. Я кончил ей на язык, не отрывая взгляда от её глаз.
Она проглотила. Без приказа. Просто чтобы не получить по лицу.
Умница.
8:12. Мой кабинет.
Тёмное дерево, кожа, стекло от пола до потолка. За окном — лес и озеро. Никаких соседей на десять километров.
Идеальная тюрьма.
Она стоит посреди комнаты. Голая. Руки за спиной. На шее уже тонкий кожаный ошейник, который я надел, пока она ещё не проснулась до конца. На ошейнике маленькая стальная пластинка: «A.B.»
Мои инициалы.
Её новое имя.
Я сижу за столом в рубашке и брюках. Она — единственная голая.
Как и должно быть.
— Подойди.
Она идёт. Медленно. Бёдра в синяках. Спина в царапинах. Между ног — кровь и сперма.
Я раздвигаю ноги в кресле.
— На колени.
Она опускается. Прямо между моих ног. Смотрит в пол.
— Глаза на меня.
Она поднимает взгляд. В глазах — чистая ненависть. Идеально.
— Сейчас я объясню тебе правила. Ты будешь повторять каждое за мной. И если ошибёшься, я трахну тебя в горло, пока не потеряешь сознание. Поняла?
Молчание.
Я бью её по лицу. Не сильно. Просто напоминание.
— Поняла?
— Да.
— Да — кто?
Она сглатывает.
— Да… Адриан.
— Уже лучше. Но скоро будешь звать меня иначе. Начнём.
Я расстёгиваю ширинку. Достаю член. Он уже твёрдый.
— Правило первое. Открывай рот.
Она открывает. Я вхожу медленно. До середины. Держу её за волосы.
— Повторяй: «Моё тело принадлежит Адриану Блэкстоуну».
Она пытается говорить с моим членом во рту. Получается невнятно, но я понимаю.
— Хорошая девочка. Правило второе, — я вхожу глубже, до горла. Она давится. — «Я не имею права на слово "нет"».
Она мычит. Слёзы текут. Я вытаскиваю, чтобы она могла говорить.
— Повтори.
— Я… не имею права… на слово «нет»…
Я вхожу снова. Жёстко. До конца. Держу пять секунд. Вытаскиваю. Она кашляет, задыхается.
— Правило третье. «Я кончаю только с его разрешения».
Она смотрит на меня. Глаза полные ужаса.
— Повтори.
— Я… кончаю… только с его… разрешения…
— Отлично.
Я встаю. Обхожу её кругом. Она на коленях, дрожит.
— Правило четвёртое. «Если я нарушу любое правило, он накажет меня так, как захочет».
Я останавливаюсь сзади. Наклоняюсь к её уху.
— Повтори.
— Если я… нарушу… он накажет… как захочет…
Я вхожу в неё сзади. Одним движением. Она вскрикивает, падает вперёд, упирается руками в пол. Я держу её за ошейник, как собаку.
— Последнее правило, Лиана. Самое важное.
Я начинаю двигаться. Жёстко. Глубоко. Каждый толчок — до матки.
— Повтори: «Я — собственность Адриана Блэкстоуна. Навсегда».
Она рыдает. Но повторяет. Слово за словом. Пока я трахаю её на полу кабинета, как животное.
— Я… собственность… Адриана… Блэкстоуна… навсегда…
Я кончаю в неё. С рыком. До последней капли.
Потом вытаскиваю. Она падает на бок. Свернулась. Плачет беззвучно.
Я приседаю рядом. Глажу её по волосам.
— А теперь самое приятное, малышка.
Я достаю телефон. Открываю галерею. Показываю ей фото: её мама на рынке. Её младший брат у школы. Её лучшая подруга в кафе.
— Если ты попытаешься сбежать, позвонить, кричать, сопротивляться больше, чем я позволяю…
Они умрут. Медленно.
И ты будешь смотреть.
Она смотрит на экран. Лицо белее мрамора.
— Кивни, если поняла.
Она кивает.
Я целую её в лоб.
— Добро пожаловать в новую жизнь, Лиана.
Теперь ты действительно дома.