- Ага. - Карина тревожно оглянулась, чтобы никто не услышал. - Вроде милый, а вроде и с перчинкой. Не понимаю, что у него в голове.
- Удивительно, что такой психолог, как ты, который считывает человека от «а» до «я» по первому взгляду, не смогла понять восемнадцатилетнего юнца. Теряешь квалификацию, подруга! - не удержалась от подколки я. Уж слишком необычно было видеть Карину настолько смущенной. - Черт, сестра, что за реакция? Он тебе понравился что ли?
- Не говори ерунды! - вскипела Карина. Мне показалось, что у нее даже шея стала красной от смущения. - Ему восемнадцать лет, я ведь не совсем того, чтобы терять голову от ребенка. У нас девять лет разницы!
- Ну, обычно сердце на цифры не смотрит, - попыталась успокоить ее я. - Ты по этой причине соврала на счёт замужества?
- Я пока ещё в своем уме! - не унималась Карина. - Соврала, чтобы не надумал лишнего. Слишком уж смотрел неоднозначно.
- Ага. И ты краснела, как школьница! - Ну, да, я прямая. Что в мыслях, то на языке. Сестре же такая наблюдательность явно не понравилась.
- Яна, перестань уже! Он просто ... просто какой-то трогательный, что ли.
- Это да. - Как же точно она подметила! - А ещё, хоть убей, но он самый красивый мальчишка, которого я видела за все свои двадцать семь лет! Это ж надо, как чертовски с внешностью подфартило! Можно зайти в магазин, мило улыбнуться продавщице, и будет сумасшедшая скидка. Даже ты вон таяла, как пломбир под июльским солнцем.
- Дело не в красоте! Ты ведь помнишь наше отношение к ярким внешним данным? - нахмурилась Карина, но тотчас смягчилась. - Просто ты была права. Он не пустой. Я это вижу даже по взгляду.
- Я думаю, нам нужно прислушаться к просьбе Даны и подружиться с ним, - уверено сказала я. Перебирая каждое слово, сказанное мамой Адама, я понимала, что не смогу успокоиться, пока не загляну в него глубже. Такого энтузиазма и вдохновения я не ощущала давно, и это даже пугало.
- Я все ещё не уверена, хочу ли этого, - вздохнула Карина, устремив грустный взгляд в окно. - У него очень сильная энергетика. И она странно на меня влияет.
- Да! Как же ты права. - Карина в точности описала мои мысли. Рядом с Адамом я тоже становилась другой, не такой как обычно. Он вроде ничего и не делал, но обладал таким магнетизмом, что противостоять влечению казалось невозможным. Если даже Карина стала жертвой, значит, я еще не окончательно слетела с катушек.
Адам вернулся через десять минут. Он немного запыхался и выглядел встревоженным. Уж не фанатки ли подстерегали его у входа? Увидев нас, он быстро взял себя в руки и предложил сделать перерыв в работе. Оказалось, что парень накупил еды на троих, еще и персонально для нас, девочек, вкусный десерт. Деньги за весь этот банкет он, разумеется, отказался взять. Джентльмен! Нам ничего не оставалось, как приступить к трапезе, хотя кусок в горло не лез. Адам странно влиял на нас обоих, пробуждая внутри забытое чувство нежности. В нем удивительным образом сочеталась милая непосредственность и взрослая харизма. Эта жгучая смесь в одном человеке будоражила все нервные окончания и вызывала какой-то щенячий восторг.
Пообедав, мы с новыми силами вернулись к нашей творческой деятельности. Карина привела в порядок его волосы, я нарядила в лучшие вещи из мужской коллекции, и мы приступили к сьемке. Я зря переживала за технические моменты. Адам своей красотой компенсировал все недочёты. Фотографии получались бомбезные. Я заряжалась с каждым кадром и все больше входила в азарт. Нэлл был талантливой моделью, сам принимал выгодные позы и смотрел в кадр именно так, как требовалось. Он будто становился другим человеком на камеру: каким-то взрослым, уверенным и чертовски сексуальным. Карина смотрела на него, как зачарованная, я дрожащими руками настраивала фокус, боясь упустить выгодный снимок. Самый пикантный образ я приберегла на десерт, и не знала, как о нем сказать. Что-то внутри подсказывало, что Адама это смутит. Он должен был одет в кожаную куртку на голое тело, и смотреть в камеру так, словно хочет заняться с ней сексом.
Когда я, пылая от смущения, попросила его воплотить мою задумку, Адам нахмурился и посмотрел на меня затравленными глазами.
- Вижу, ты не любишь быть секси? - немного виновато спросила я. Если бы Адам раньше не снимался в таких фотосессиях, я бы, наверное, не стала его о таком просить.
- Не люблю, - коротко ответил он.
- Почему, если не секрет?
- Плохие последствия. Не хочу об этом. - Он послушно надел куртку и прорепетировал на нас свой фирменный взгляд искусителя. Меня едва током не шарахнуло изнутри. - Вот так смотреть?