- Я... Это совсем не то, о чем ты подумал!
- Не то? Да ты бы видела себя со стороны, когда смотришь на его фотки! Как еще слюной не захлебнулась? Уму непостижимо! Ему внешне даже восемнадцать не дашь. Самовлюблённый тупой подросток - отпрыск богатеньких родителей. Таким все на голову свалилось само, и они возомнили себя пупами вселенной. А ты клюнула, как малолетняя дура на красивую мордашку!
- Прекрати! Я же все вчера объяснила! Будь это так, я бы не стала среди ночи ехать домой, когда машина осталась в Москве. Зачем ты так со мной? - Мне стало настолько стыдно за себя и свой интерес к Нэллу, что я не стала опровергать его слова. Хоть и частично, но Влад прав, и чем раньше я это пойму, тем лучше.
Домой мы вернулись молча. Еще вчера новость о том, что я еду домой без собственной машины, разбудила в муже зверя. Казалось, его пугала любая мысль о моем возвращении в столицу. Я же понимала, что скорее выброшусь из окна, чем не поеду в Москву. Билет на завтрашний поезд уже куплен.
Стыдно признаваться, но обиду мужа я расценила, как подарок свыше. Хотелось одиночества, тишины и спокойствия. Я закрылась в комнате для гостей, и начала просматривать записи со вчерашнего концерта. По телу сладкими волнами растекалось тепло, а щеки нещадно горели. Жаль, качество видео оставляло желать лучшего, поэтому вскоре я перешла к бекстейджу с недавней сьемки. И вот, наконец, нормальное освещение, прекрасное качество и Адам совсем близко - смущается моей камеры. От сладких воспоминаний и предвкушения просмотра затряслись руки. Я сделала глубокий вдох и нажала кнопку воспроизведения. На видео Адам стоял в расстёгнутом пиджаке и соблазнительно смотрел в камеру. То и дело щурил глаза, нервно сдувал белокурую челку со лба и обкусывал губы. Напряженный, но уверенный - убедительный в своей роли. На съёмке мне каким-то образом удалось сохранить спокойствие, но сейчас...
Я откинулась на спинку кресла и крепко сжала ноги. Сердце пылало огнем, с каждой секундой повышая градус. Какой же он неприлично красивый! Бархатная смуглая кожа, подтянутое тело, рельефный торс, глубокий взгляд хищника из-под нахмуренных бровей. Он смотрел в камеру и будто проговаривал: «Ну же, подойди ближе детка. Ты же хочешь меня, признайся. Давай займёмся этим прямо здесь».
Внизу живота все сжалось в тугой узел. Сладкая щемящая боль охватила нижнюю часть тела. Я скрестила ноги и громко выдохнула. Из губ сорвался протяжный стон, а руки сами потянулись вниз. Накрыло такое возбуждение, что становилось тяжело дышать. Пальцы проникли в трусики, сладкая боль стала почти нестерпимой и требовала снять напряжение. Стоп! Какого черта я творю? Это неправильно... Он юный совсем, почти подросток. Нужно остановиться сейчас же!
Но мозг уже не подчинялся. Мысленно я уже стягивала с Адама одежду и царапала ногтями спину, прижимая его к стене. Это было сильнее меня. Резко подорвавшись на ноги, я выбежала из гостевой комнаты и направилась в спальню. Мозг умолял остановиться, а тело требовало продолжения.
Муж мастерил новые модели самолетиков - давнее увлечение. Я набросилась на него сзади, принявшись целовать в шею и стягивать с него рубашку. Влад встрепенулся, посмотрел на меня ошарашенными глазами, но ответил взаимностью. Мы часто мирились подобным образом, без слов. Возможно, муж понял, что причиной внезапного желания оказалась отнюдь не тоска по нему. Меня и саму пугало то, что со мной происходит, но остановить это безумие было выше моих сил. Влад оказался бессильным перед моими ласками и принялся целовать меня в шею. Не остановила его даже просьба выключить свет (мы обычно занимались сексом, видя друг друга). Полная темнота обещала скрыть знакомые очертания и окунуть меня в другую реальность. Как же я этого хотела - как никогда в своей жизни! Совесть жужжала в голове, как надоедливая муха, намекая на измену, порочные мысли и дурной мотив, но желание оказалось сильнее. Отвлекал терпкий запах приевшихся духов, которым муж не изменял уже пять лет, и лёгкий привкус сигарет от его поцелуев. Обнимая Адама при встрече, я вдыхала совсем другой аромат. Полевые цветы, морозное утро, запах свежести после грозового дождя, лайм, мятная жвачка, цитрусовый гель для душа и дорогой кофе... Ещё тогда, в первый день знакомства, когда он прижал меня на прощание, меня поразило это разнообразие. Будто он впитал в себя все, что так сильно любила. Особенный, едва уловимый аромат, настолько вкусный и дурманящий, что от одного лишь воспоминания подкашивались ноги. Воспоминание рождало голод. Неконтролируемый, мучительный, убивающий...