— Все хорошо? — с тревогой в голосе спросила Карина, глядя на меня сквозь светлые локоны сестры. Яна не хотела отлипать.
— Да, все супер.
— Врач сказал, что ты можешь ехать домой, если боишься оставаться здесь и быть замеченным папарацци. Опасность позади. Теперь нужно беречь себя и ждать, пока рана заживет. Постельный режим минимум неделю.
— Отлично! Рад это слышать.
— Ужасно, что с тобой такое случилось. — Яна гладила мою шею и волосы. Ее лицо было слишком близко, от чего стало немного неловко. — Ты популярен и тебе завидуют. Только держись. Хорошо, что мы оказались рядом. Уж кто-кто, а мы тебя в обиду не дадим. Будем с тобой столько, сколько необходимо! Главное, чтобы ты быстрее поправился.
— Спасибо, но я, правда, могу и сам о себе позаботиться. У вас своих дел по горло. — Я не знал, куда деться от острого чувства неловкости.
— Свои дела мы прекрасно можем делать в Москве! Тебе нет причин даже думать об этом! — жарко возразила Яна. Заботливо смахнула челку с моего лба и вновь притянула к себе. Еще немного — и она меня точно задушит.
— Дана скоро вернётся, — попыталась охладить ее пыл Карина. Она выглядела немного взволнованной. — Да и в машине ты другое говорила. Что на тебя опять нашло?
— Забудь обо всем, что я тебе говорила! — Казалось, Яна готова испепелить Карину одним лишь взглядом. — Я не могу оставить Адама.
— У тебя муж, Яна, — железным тоном напомнила Карина. — Ты не боишься, что после такого решения у тебя могут быть новые проблемы?
— Тише! Не ссорьтесь. — Я поспешил вмешаться. Яна побагровела от ярости. Возникли опасения, что она убьёт сестру в мое отсутствие. Такой злой я видел ее впервые, и это, признаюсь, немного пугало. — Мне не десять лет, чтобы не мочь о себе позаботиться.
Внезапно наш разговор прервали. Полная медсестра среднего возраста без стука вошла в палату и безапелляционно заявила, что пора делать укол.
— Но мне уже сделали недавно, — предупредил я, ошарашенно уставившись на ее руки.
— Кто сделал? Присматривать за тобой положено мне. Все уколы по графику.
— То есть как? — Изнутри обдало холодом. — Молодая медсестра с рыжими волосами. Она сделала мне укол с красной жидкостью. Сказала, что это для заживления раны.
Женщина удивлённо хлопала глазами, явно не понимая, о чем речь. А я выглядел настолько озадаченным, что Карина вмиг стала бледнее стены. Она что, прочла мои мысли?
— Я переспрошу. Может дополнительные рекомендации врача, о которых я не в курсе.
Медсестра ушла, оставив нас троих в полном замешательстве. Мной колотило изнутри, но я понимал, что не хочу втягивать в это сестер. Карина из-за меня спать не сможет. Меньше всего хотелось, чтобы она так переживала.
— Все хорошо, забудьте. Наверное, так нужно. Даже если мне сделали какой-то укол по ошибке, не думаю, что это серьезно навредит.
Я пытался придать своему голосу лёгкость . Получилось не очень, но вроде, сестры чуть расслабились. Вот только собственное терпение трещало по швам. Опять эта маска, чтобы скрыть волнение. Опять скрываюсь за ложной беззаботностью. Как же я устал от этой роли!
Врач без проблем отпустил меня домой, приписав много лекарств. За укол он ничего толком не сказал, но заверил, что мои опасения напрасны. Я принял твердое решение отпустить плохие мысли. Если продолжу в том же духе — превращусь в параноика, а это мне точно ни к чему.
На улице почти стемнело. Было прохладно и ветрено, но раскалённый за день асфальт отдавал приятным теплом. Карина под руку довела меня до машины, а Яна помогла с вещами. Я мог спокойно идти без нее, но так хотелось быть ближе. Рана в груди напоминала о себе, но резкой боли я не ощущал. Завтра, возможно, смогу пойти на работу и не буду напрягать сестёр. В машине я первым делом набрал маму.
— Наконец, ты включил телефон! Я весь день себе места не находила. Карина сказала, что у тебя была температура ночью. Говорила же, одевайся теплее!
— Мама, все хорошо, я уже в норме. — Господи, она, правда, думает, что я бы лег в больницу с банальной простудой? Или Карина гениальная врунья, или голова мамы забита чем-то другим. Надеюсь, о ране она так и не узнает, если конечно, не станет наводить справки у врача.
— Как бабушка? Ты скоро приедешь?
— Дорогой, бабушке лучше. Она уже дома, но ей нужен уход. Да и... — Мне показалось, или в трубке послышался мужской смех? Это точно не дедушка. Но кто тогда? Врач? Сосед? Или может, у меня уже начались глюки? — Я отпросила тебя от работы на пару денечков. Посиди дома, подлечись и отдохни. А я потом приеду.