— Мне пора уходить. Счастливо оставаться!
Я резко встал из-за стола и направился в комнату собираться. Мама даже не поинтересовалась, куда, не сводя глаз с мужчины. Он ее точно приворожил!
— Не хочу возвращаться даже, — сказал я Карине, когда мы оказались одни. — Я же говорил тебе, что ей не до меня! Она ничего вокруг не видит.
— Адам, не говори так,— пыталась успокоить меня девушка.— Она просто влюблена. Этот дурман скоро рассеется, и она станет прежней.
— Но ты же видишь, что он лицемер? Он не тот за кого себя выдает!
— Вижу, Адам. Есть в нем что-то скользкое. Но что ты можешь сейчас сделать? Возможно, позже получится с ней поговорить. Уверена, она задумается.
Я старался себя не накручивать, но чувство скрытой опасности не покидало. Особенно после слов Яны. Если этот ублюдок навредит маме, я его из-под земли достану! Она сейчас настолько одурманена, что не в состоянии заметить тревожные звоночки.
К счастью, Глеб с мамой вскоре ушли. Меня смутили слова о том, что он не прочь переехать к нам, если мама попросит. Я, разумеется, ответил, что мечтать не вредно. Конечно, если мама действительно захочет, (а она захочет), этот тип переедет к нам в ближайшее время. Значит, пора себе подыскивать новую квартиру, как и планировал. Если сделаю все осторожно, возможно, смогу избежать постоянного надзора Элис. Хотя, блин, для нее не проблема узнать, где я. Пора бы уже привыкнуть.
— Нам нужно, наверное, собираться домой,— неуверенно сказала Карина, когда мы ехали в машине в больницу. Яна не хотела оставаться в квартире одна, поэтому составила нам компанию. Ее молчание и задумчивость меня тревожили. Это явно не в ее духе. Со вчерашнего дня Яна пребывала в унынии и вела себя как-то странно. А после ее реакции на Глеба, я вообще не знал о чем думать.
— Понимаю, у тебя много своих дел.— Я старался скрыть огорчение. — Я и сам могу о себе позаботиться.
— Она это говорит для того, чтобы ты попросил ее остаться! — чуть раздражённо подметила Яна. Карина залилась краской, но не стала отрицать. Честно говоря, я и сам это видел, но мне не хотелось, чтобы она выступала в роли мамочки, которая печется о моей безопасности. Попав в положение жертвы, я будто давил на совесть и вынуждал ее находиться рядом. Не хотелось, чтобы наши отношения начинались так.
Напряженную тишину в салоне нарушил телефонный звонок. Я поспешил взять трубку:
— Адам, милый! Привет,— послышался мурлычущий голос Софи Жилиной — одной из немногих знакомых, которая меня понимала. — Мне бы хотелось показать тебе результат последней фотосессии. Когда мы можем увидеться?
— Привет, Софи. Сегодня ближе к трем я буду в студии.
— Прекрасно, я заеду туда, если ты не против! Ненадолго, обещаю.
— Хорошо.
— Это Жилина, да? — со странной опаской спросила Яна, когда отключился. Я кивнул.
— Ты уверен в ней, Адам?
— Почему ты спрашиваешь? — удивился в ответ. Сначала она заподозрила Глеба, теперь неоднозначная реакция на Софи. Я не узнавал Яну.
— Вокруг тебя может быть много людей, которые не те, за кого себя выдают.
— Ты что-то знаешь? — Карина повернулась к Яне, глядя на нее взволнованными глазами.— Если тебе что-то известно, ты должна сказать! Адаму грозит опасность.
— Я все понимаю, — ответила Яна и помрачнела. Мне показалось, что она хотела что-то добавить, но в последний момент сдержалась.
— Не драматизируйте, все в порядке,— решил успокоить обеих я. Женщины склонны преувеличивать некоторые вещи. Жилина — последний человек, которого я буду подозревать.
В больницу мы попали незаметно. Никаких преследователей и фанатов поблизости. Можно было спокойно вздохнуть. Врач тщательно осмотрел меня и взял анализ крови. Я рассказал ему о «случайном» уколе, своем самочувствии и подозрениях.
— Температура немного повышена, но в остальном восстановление идёт хорошо. Рана быстро затягивается.— Врач не видел повода для беспокойств. — Результаты анализов будут готовы на днях. Буду торопить, чтобы быстрее, но не могу обещать. Если в крови что-то есть и это вещество действительно подрывает твое здоровье, я незамедлительно об этом сообщу. Если станет плохо — немедленно звони мне.
— Спасибо большое! — Я взял выписанные лекарства. — Только мама не в курсе всего. Вы обещаете сохранить это в тайне?
Врач кивнул и призадумался. Я не хотел лишних вопросов, поэтому торопливо покинул кабинет. К машине тоже вернулся спокойно. Надо же, времена настали! Считаю мгновения, когда выходит быть незамеченным. Теперь оставалось только ждать и молиться, чтобы причину смогли обнаружить. Вряд ли Элис так глупа, что вколола что-то примитивное. Если ничего не найдут — я окажусь в ловушке. Не хотелось раньше времени отбросить коньки из-за странной заразы, разрушающей мой организм.