Я знал, что это не самая лучшая идея, но возвращаться в общежитие и загоняться в четырёх стенах мне хотелось меньше. Если уж на то пошло, то, возможно, Артём меня ещё и накормит.
Мы быстро выбрали, что будем пить. Бывший лучший друг расплатился, а я даже не стал предлагать скидываться. Мне плевать, что он обо мне подумает, но я в такой финансовой заднице, что уж лучше я позволю ему сегодня проставиться, чем потеряю все свои копейки за раз.
– Я живу недалеко. У меня, конечно, тот ещё клоповник, но я надеюсь, ты не слишком привередлив, – хмыкнул Кочетов. – Где ты остановился?
– Поверь, тоже в клоповнике метр на метр, – я пытался улыбнуться, но понимал, что ситуация совсем не смешная.
Когда мы вошли в квартиру Артёма, я понял, о чём он говорил: тут практически нигде не было обоев, лишь голые стены, холодный пол, совсем немного мебели и грязные ковры. Я заметил несколько трупов тараканов, но даже это не заставило меня сбежать из этой квартиры. Плевать, что здесь творится, я хотя бы буду не один этим вечером.
Мы разулись и прошли в кухню, размеры которой не уступали моей комнате. Я сел на стул, бросил свои покупки в маленький холодильник и начал наблюдать, как старый друг с хищной улыбкой разливает пойло по стаканам.
7.
Мы сидели в этой маленькой и грязной кухне, чокаясь стаканами так, будто нам по сорок, и мы вспоминаем лихие годы. Артём постоянно разговаривал, во всех красках описал прошедший год и то, как пытался выбраться из дерьма, но в итоге ещё сильнее в нём застрял. Я удивился, когда понял, что он на меня не злится, лишь иногда кидается шутками, которые даже не обидные. Я заслужил плохого к себе отношения, ведь парня выперли из колледжа и общежития из-за меня, но сейчас Кочетов с улыбкой вспоминает то время.
– Слушай, братан, а почему ты всё-таки так поступил? – Ну вот и прорвало плотину. Я недовольно закатил глаза и начал крутить в руках пустой стакан. Мне даже не нужно было подбирать слов, чтобы объясниться, я просто хотел рассказать всё так, как есть.
– А сам как думаешь? – Я осмелился взглянуть на бывшего лучшего друга. На его лице отпечаталось спокойствие, казалось, будто он моя копия. – Мы с тобой баловались всякой хренью, старались не распространяться об этом, но я уже тогда понимал, что при первой же возможности сольюсь. Я знал, что когда-то об этом дойдут слухи до комендантши и директора, стал заранее продумывать план…
– Но меня в этом плане не было, – догадался Артём, покачивая головой. Сейчас я уже не уверен, что он не злится.
– Знаю, что поступил ужасно, мне стоило прикрыть и тебя, но я был под таблетками, мне хотелось вывернуть всё в свою сторону и показать, что я не виноват, а никто из свидетелей, как ты знаешь, против меня не пошёл бы, потому что они боялись. Твоя репутация была не ахти, но всё же хуже, чем у меня. И когда директор вызвал нас на ковёр и всем своим видом показал, что больше подозрений на тебя, я понял, что это мой шанс увильнуть. – Собственные слова показались мне ядом, медленно разъедающим язык. Тогда я был совсем на себя не похож, мне действительно было страшно вылететь из колледжа и подвести свою бабушку, разочаровать её ещё сильнее, поэтому я выкручивался всеми возможными способами, даже если мне пришлось подставить друга.
– Ладно, я понял, не продолжай, – остановил меня Кочетов, поднимая руку вверх. Я кивнул и потянулся за бутылкой, лишь бы занять свой рот хоть чем-нибудь ещё. – Возможно, я поступил бы так же на твоём месте, но всё-таки сначала бы раскинул мозгами – вдруг есть ещё какой-то вариант. Но это в прошлом. Теперь я знаю правду.
– Я изменился, больше… не поступаю так, как раньше, – тихо сказал я.
– Правда? Почему? – Мне хотелось ответить честно и признаться, что я, наконец, нашёл ту самую, но делиться подробностями личной жизни уже с незнакомым человеком не хотелось. Я сказал, что просто повзрослел. – Мне говорили, что ты всё-таки подружился с нашим соседом – Димой. Он классный типа?
– Кто сказал? – Мысли начинали путаться, я практически не улавливал нить разговора и перескакивал с темы на тему. – Да, он классный. Знаю-знаю, мы над ним издевались, но стоило тебе уехать, он сразу же стал другим. Дима единственный, кто понял меня и принял, он даже поддержал меня после всей этой ситуации.
– Мне кажется, поддерживать надо было меня, – улыбнулся Артём и встал. – Выйдем на балкон покурить?
Я согласно кивнул. Ноги тут же стали ватными, как только я поднялся. Пошатнувшись, я побрёл вперёд за Артёмом. Я уже давно не пил так много, залпом и почти ничего не съев перед этим. Я молился, чтобы мне не стало плохо. Я хочу закончить этот вечер хотя бы нормально, чтобы разойтись с Артёмом друзьями и немного разрядиться. Вся эта ситуация с Юлей ужасно утомляет.