– Первака, Стёпку, отчислили за то, что он курил травку на территории колледжа. Алёнка с третьего переехала к своему хахалю, а Юрок подался в айтишники.
– Да ты настоящая сплетница, похуже девчонок!
– Пришлось общаться с какими-то придурками, пока тебя не было, – Дима сел на стул напротив меня. – А ещё я со Светой расстался.
– История повторяется, – я уже собирался закатить глаза, но друг покачал головой и выглядел при этом серьёзно.
– В этот раз точно. Она перевелась в другой колледж, чтобы быть подальше от меня.
– Вот это новость, – я заинтересованно нагнулся ближе к другу. – И как ты?
– Я? Да нормально. Ты же знаешь, что мы на клеточном уровне не подходим друг другу, просто чтобы это понять, пришлось пройти все круги ада. Концерт, конечно, был ярким и запоминающимся, моя кровь с отбитых костяшек до сих пор с двери её комнаты не отмывается. – Он как-то грустно усмехнулся, словно жалел, что позволил эмоциям овладеть им. – Но всё, что не делается, – к лучшему, так ведь?
– Ага…
– А ты где был всё-таки?
Я не был уверен, что хочу рассказать ему. Я доверял Диме даже больше, чем себе, но Юля была его бывшей девушкой. И расстались они крайне неприятно. Дима практически сразу забыл о Боровковой, и я не хотел в лишний раз ему напоминать о той грязи. Однако всё, через что я прошёл за последние дни, так и рвалось наружу. Поэтому я рассказал Диме о каждом дне, проведённом рядом с Юлей. О каждой встрече и неудачной попытке помириться и рассказать правду. И сегодня, сейчас, мой друг сам впервые услышал полную и правдивую историю этого блядского любовного треугольника.
– Ахренеть, – он зарылся пятернёй в волосы и оттянул их. – Да ты водил меня за нос! Так ужасно поступал с Юлей! Я думал, что ты просто отбиваешь у меня девчонку, а на деле ты врал всем, чтобы получить бабки! От Светы! Тим, когда я думаю, что тебе некуда больше падать, ты вытворяешь что-то подобное. Прямо у всех на виду. О чём ты думал?
– Да о себе я думал, Дим! Только о себе. Мне было неважно, что ты скажешь, что Юля подумает, что с ней будет после этой истории. Когда я шёл на это, то видел только деньги перед глазами и желание их заработать. Даже таким способом. Я даже подумать не мог о том, что я полюблю её.
– Да ты и волоска на её голове не стоишь! – зарычал парень, вскакивая со студа. – Штиль, ты настоящий ублюдок!
– Вмажь мне, если тебе будет легче.
– От этого твои мозги на место не встанут, если они вообще есть! – На его шее вздулись вены, он был зол, расстроен и разочарован. Я знал эти эмоции наизусть.
– Я мудак. И я действительно её не стою. Но это не значит, что я перестану пытаться.
– Оставь её.
– Сейчас я так и поступлю. Вернусь в «Бегуны», как она просила, начну учиться, а на каникулах снова приеду. Вдруг произойдёт чёртово новогоднее чудо, – мне самому было смешно от своих слов. Господи, мне словно пятнадцать, и я как маленький мальчик верю в Деда Мороза.
Дима потёр переносицу и отвернулся от меня. Ему бы однозначно стало легче, если бы я сейчас валялся в луже собственной крови. Но я всё ещё его друг, и он поддержит любое моё решение, если оно пойдёт на пользу Боровковой.
– Имей ввиду, больше я не стану тебя отмазывать и делать липовые справки, – всё-таки сказал он.
– Спасибо тебе за всё, Диман. Что мне сделать для тебя?
Он медленно повернулся ко мне и оценил своим строгим взглядом.
– Сделай её счастливой. Больше ничего.
– Я обещаю.
***
Уже в понедельник я стоял в строю «Бегунов» и ждал тренера. Другие ребята косились на меня и тихо осуждали в стороне. Они думали, что я больше здесь не появлюсь, но я как Феникс восстал из пепла и готов двигаться дальше. Ради неё.
Алексей Михайлович встал перед нами и, заметив меня, широко улыбнулся. Кажется, он был шокирован. Он похлопал в ладоши и подошёл ближе.
– Не думал, что снова увижу тебя. Я рад, что ты здесь, Штирлиц, – он по-отечески потрепал меня за плечо. – Не пропадай больше, – уже тише сказал тренер и вернулся на своё место. – Сегодня у нас стометровка и два километра. На следующей неделе соревнования, ваши результаты каждую тренировку будут показательными. Я возьму двух девочек и трёх парней, остальные будут в запасе. Равняйсь. Нале-во! Бегом! Марш! – Тренер свистнул, и мы рванули с места.