– Мы не вывезем, – тихо сказал друг, снимая куртку и расправляя плечи. Я повторил за ним.
– Знаю, но не в моих правилах убегать.
Холод только придавал сил. Артём во главе своей своры хитро улыбался, а его «друзья» курили, разминали руки, а некоторые были даже с битами и кастетами. Боже, я словно оказался в каком-то боевике 90-х, всё выглядело идеально для такого фильма.
– А говорил, что приедешь один, – уверенно сказал Артём.
– Ты тоже. Или у меня в глазах всё троится?
– Решил подстраховаться, – я улыбнулся и покачал головой.
– Потому что знал, что я тебя без особых усилий размажу по этому полю? Умно. Лучше бы я тебя тогда убил. В твоей же квартире, мудак.
– Советую быть поосторожнее со словами, мои парни не любят грубости.
– Правда? Мне кажется, они неспособны распознать комплимент и грубость. Они запрограммированы бить без причины в ответ на любое слово.
– Чё ты там сказал? – выкрикнул один из поддержки Артёма.
– Я хотел быть один на один, но ты ведь не приехал, когда я попросил.
– Я же не собачка, чтобы следовать твоим указам, – я не понимал, почему он тянет время. Дима, стоящий слева от меня, буквально излучал напряжение, я же был спокоен. Плевать, что будет, я не побегу.
– И всё же ты здесь. – Он буквально тыкнул меня носом в дерьмо, и это злило.
Я сделал несколько уверенных шагов в его сторону, заставляя Артёма отдалиться, а его охрану напрячься и закатать рукава.
– Так зачем мы здесь? Будешь плакать и говорить, как плохо я поступил с тобой? Или будешь уже меня наказывать, как хотел, пусть и не своими руками? Давай закончим этот цирк, главное, чтобы ты больше не дышал даже одним воздухом с Юлей, – я приготовился к драке.
– Мне твоя шлюха не нужна, я хотел лишь отомстить за то, что ты подставил меня в общаге. Ну раз там не получилось, тогда получится здесь. Хотя Юля сгодится для одноразового траха, – и тут мне сорвало все тормоза. Артём буквально помахал красной тряпкой перед носом.
Я побежал на него с каким-то животным рыком, но меня перехватил парень с битой и тут же одним ударом рукоятки повалил на землю. Я практически ничего не различал в этом бушующем месиве рук, оружия, не слышал других звуков, кроме криков и ругани. Я пытался заметить Диму, но постоянно отвлекался на то, чтобы попытаться ударить кого-то вокруг меня. Артём, кажется, ударил меня в нос, и тёплая струя крови тут же хлынула наружу. Мне удалось уронить одного ублюдка из этой шайки и нанести несколько сильных ударов по лицу, пока меня не оттащили за шиворот в сторону. В ответ на мои удары мне прилетело несколько прикладов битой по ногам. Всё тело адски болело, я уже не мог даже руку поднять, не то что открыть глаза. Я пытался спасти голову, но иногда носки кроссовок всё же встречались с затылком. Кровь шла везде, откуда только можно, ушибы пульсировали, ноги ныли, костяшки болели. Не знаю, как долго продолжалось всё это, но вскоре вокруг меня никого не было. Лишь Артём, который держался за свой сломанный нос, ухмылялся.
– Вот что бывает с предателями, уёбок, – он плюнул в меня, но я успел увернуться.
А дальше всё как в тумане. Я лишь видел обрывками, как один парень замахивается и ударяет кастетом по лобовому стеклу машины. Другой сбивает зеркала ногами. Артём выхватил биту и нанёс несколько сильных ударов по капоту, а после – по задним стёклам. Я со стоном откинулся на землю и закрыл глаза. Вот же блять, и что теперь делать?
Вся компания удалилась с громким свистом победы и криками радости. Ну конечно, толпой на двоих – повод для празднования. Надеюсь, что их КАМАЗом переедет.
Через несколько минут, в течение которых я пытался справиться с головой болью и желанием потерять сознание, я открыл глаза и повернул голову. Дима лежал примерно так же, как и я, тоже всматриваясь в темноту и ища меня.
– Живой? – хрипло спросил он.
– Да, – сказал я и выплюнул кровь изо рта. – Даже зубы целы.
– Лучше бы сдох, потому что как только я встану, я сразу убью тебя за чёртову машину. Это вообще не входило в мои планы.
– Знаю. Прости меня, – я был так благодарен другу за всё, что он сегодня, да и не только, сделал для меня. А я так подставил его.
– Вот чёрт, – пропыхтел Дима, пытаясь встать. – У меня походу рёбра сломаны.
– Вряд ли. Скорее всего трещина, – ответил я и тоже облокотился на локти, чтобы подняться. Ощущения не из приятных. Я словно трое суток подряд бесконечно бежал, падал, поднимался и снова бежал. А ещё в перерывах дрался с медведями.
– Пиздец как утешило!
Я улыбнулся и буквально пополз к машине. Кое-как я достал бутылку с водой из бардачка, стараясь не смотреть на осколки стекол и сломанные зеркала, сел на землю рядом с подоспевшим другом и сделал пару глотков, сначала прополоскав рот от земли и крови. Потом передал бутылку другу.