Я встал на ноги и тут же замер. Сложилось впечатление, будто я вообще разучился ходить. Ноги не слушались, но я заставил их двигаться.
– Твоя одежда, – Юля быстро положила стопку чистых вещей мне на кровать. – Они не всё смогли отстирать, но тоже неплохо.
– Спасибо, – я тепло улыбнулся ей, и она засмущалась.
Мне понадобилось слишком много времени, чтобы одеться, боль принуждала меня корчиться и ругаться. Дима в это время с кряхтением сел в кресло у окна, попивая кофе и жуя слишком аппетитную на вид булочку. Я потянулся за своей порцией. Желудок при виде еды заурчал так громко, что Юля засмеялась. Булочка ещё была тёплой, мягкой, ароматной и чертовски соблазнительной. Завтрак немного прибавил сил.
– Братан, если мы не починим машину за короткий срок, то лучше нам не возвращаться в общагу. Сокол мне уже с утра телефон разрывает звонками. Я не знаю, что ему сказать.
– Где Андрей? – обратился я к Юле, которая сидела на кровати и смотрела в телефон.
– Уже подъезжает сюда.
Через пять минут мы уже стояли у машины брата Юли и курили. Я снова поблагодарил Андрея за то, что он так нам помог. Если бы он вчера не приехал, я не знаю, как бы мы добрались хоть куда-нибудь.
– Я отвёз вашу машину к знакомому механику. Он, конечно, не станет работать бесплатно, но всё-таки за ремонт возьмёт меньше, – я кивнул.
– Сколько? – насторожился Дима.
– Не меньше тридцати тысяч.
– Пиздец, – взвыл друг и схватился за голову. – И где мы возьмём бабки? – Он зло на меня уставился. Я знал, что сам виноват в этом, но понятия не имел, как это исправить.
– Я могу помочь, но прямо сейчас я не найду всю сумму. Плюс зеркала и стекла надо заказывать, – Андрей пожал плечами.
– Ты итак много сделал для нас, – выдавил я, заставляя мозг упорно придумывать решение.
Дима ходил туда-обратно, прихрамывая и бубня что-то под нос. Уверен, он проклинает меня. Его телефон зазвонил.
– Опять Сокол, – он сжал телефон в руке с такой силой, что побелели костяшки пальцев. – Что мне ему сказать?
– Давай я поговорю?
– Нет уж, сам справлюсь, – он приложил телефон к уху. – Привет, братан. Тихо, не кричи, я знаю, что мы задержались, – Дима снова кинул в меня испепеляющий взгляд. – Тут такое дело… – Он выдержал театральную паузу. – Мы попали в передрягу. Нет, Сокол, не авария. На нас напали какие-то гопники и слегка повредили тачку. – Я слышал, как его друг закричал «Чего, блять?» – Да там пустяки. Парочка вмятин, зеркала и стекла. Да, я знаю, что обещал её вернуть целой, – Дима выдохнул. – Около тридцати тысяч. Нет, прямо сейчас мы не оплатим ремонт. Понятное дело, что это наш косяк. Да, я знаю… Неделя? Хорошо, подходит. Мы найдём деньги, – через минуту Дима скинул и подошёл ко мне. – У нас грёбаная неделя, чтобы её отремонтировать. Мне плевать, каким способом ты будешь искать деньги, хоть в эскорт иди, но мы должны вернуть машину в изначальном виде! Ты понял?! – Друг тыкал в меня пальцем и рычал. Я лишь кивнул.
– Я договариваюсь? – спросил Андрей. Дима кивнул и, толкнув меня, забрался в машину Андрея.
Юля робко подошла ко мне ближе, пока её брат разговаривал с автомехаником по телефону. Девушка боялась смотреть мне в глаза, а может, просто смущалась после вчерашнего. Я и сам был на взводе из-за того, что нам придётся попрощаться. И из-за машины.
– Я могу чем-то помочь? – тихо спросила Боровкова, удивляя меня своим вопросом.
– Нет, малышка, мы справимся, – я попытался улыбнуться. – Будет непросто, но мы хотя бы живы. – Я заметил, как она поморщилась от мысли, что мы с Димой могли серьёзно пострадать. – Иди сюда, – я притянул её к себе и обнял, вдыхая сладкий цветочный аромат, исходящий от её волос. Боже, как же я смогу без неё? Как я могу отпустить Юлю?
– Короче, я договорился. Завтра съезжу к нему и напишу тебе, сколько точно выйдет ремонт, – Андрей подошёл к нам, нарушая этот спокойный момент. – Я пока оплачу доставку.
– Спасибо, – нервно сказал я.
– Сейчас завезём Юлю домой, а потом я подкину вас до города, мне всё равно по делам нужно.
– Было бы неплохо, – я сел на заднее сиденье машины, а Юля устроилась рядом с братом.
Дорога до её дома пролетела незаметно. Каждый из нас молчал, тишину нарушало лишь радио. Я не мог оторвать взгляд от девушки и думал, стоит ли мне выходить из машины, чтобы попрощаться? Хочет ли она этого? Или лучше сказать «Пока» и оставить её в покое, как она просила? Но как только мы остановились у подъезда, рука сама потянулась к ручке двери, и вот я уже стоял рядом с Юлей и обнимал её за хрупкие плечи так крепко, словно пытался впечатать её в себя и увезти подальше, где будем только мы вдвоём.