Только вот разговор с Тимом всё портил. Когда они пересеклись на улице, Юле показалось, что она держалась стойко. Не моргнула и глазом, когда Штиль поздоровался, хотя от звука его голоса подкосились колени. Они так давно не общались, что возникало ощущение, будто между ними пропасть по меньшей мере в пять лет. И сегодня, когда его губы находились так рядом с её ухом, по всему телу пробежали мурашки. Близость этого парня напоминала разряды тока. И хоть он внешне почти не изменился, не считая укороченных волос и увеличенных мышц, особенно на руках, его глаза выглядели по-другому. Раньше его серые глаза казались туманными, непроглядными и манящими. Они редко светились, улыбка почти до них не доходила. В них таились загадки, которые Юля пыталась разгадать долгое время, но так и не смогла. Сейчас же серость напоминала не пасмурную погоду, а, скорее, сталь – прочную и надёжную. Если вглядеться глубже, то шторм, коим был сам Тим, ещё бушевал во взгляде. Это радовало.
Будущая встреча пугала и интриговала одновременно. Он всего лишь предложить сходить за кофе, однако не назвал время, дату, место. То ли это была интрига, то ли недостаточно спланированный план? Юля не знала. Она и сама растерялась после его предложения, хотя отвечала холодно и отстранённо. Девушка понимала, что вела себя по отношению к нему недостойно. Тим не был никем. В какой-то момент он был всем, просто сейчас, когда чувства стихли, Юля и подумать не могла, что как-то его заденет. Ей и самой хотелось с ним поговорить, потому что девочки ничего не знали про его жизнь, а с Димой они слишком мало поговорили. Просто сам факт тесного общения с ним пугал до ужаса, потому что Юля от этого отвыкла.
Вечером в общежитии она уделила время учёбе. Материал был более чем знаком, всё та же учебная программа, которую в этот раз Юля решила изучить тщательнее. Алиса всё говорила про будущую вечеринку, к которой соседки относились равнодушно, Марина с кем-то переписывалась. Боровкова догадывалась, что, кажется, эта Снежная Королева нашла парня, но подруга молчала, поэтому Юля решила не нарушать её личные границы.
В дверь постучали около шести вечера. Все трое уставились в сторону звука. Сердце девушки забилось быстрее, словно чувствуя, кто стоит за дверью.
– Я открою, – она вскочила с кровати и ринулась в коридор, чтобы девочки не успели заметить гостя.
Юля не ошиблась, это был действительно Штиль. Он расслабленно стоял, спрятав руки в карманах новенькой красной толстовки с рисунком на грудной клетке. Как обычно, она была огромная, тёплая и яркая.
– Привет, – девушка прислонилась к двери.
– Ты всё ещё не против сходить за кофе?
– Как будто у меня был выбор, – без злобы произнесла Юля, а в голове пронеслось: «Когда дело касается Тима, выбора действительно нет». Щёки залились краской.
– Я буду ждать тебя внизу, ладно? – Он волновался, это было заметно по его слегка дрожащему голосу и взгляду, блуждающему по носкам кроссовок.
– Ты что, даже не ограничишь мне время сборов, потому что это «не свидание»? – Боровкова вспомнила, как они ходили в парк и их диалог в тот день. Губы обоих растянулись в улыбке.
– Нет, я готов ждать. – Кажется, эта фраза имела слишком глубокий подтекст.
22.
Кофейня, в которую я пригласил Юлю, находилась в самом центре города. Всю дорогу мы практически не разговаривали, и это молчание было именно неловким, никак не уютным. Зона, где бариста готовила кофе и принимала заказы, была окрашена в яркий желтый цвет. Стены украшали черно-белые фотографии различных городов, улиц и людей. Я бросил взгляд на меню. Названия кофе заставляли задуматься над заказом, девушка же заострила внимание на витрине с десертами.
– Что ты будешь?
Юля выпрямилась.
– Сырный латте и шоколадный пончик, – Боровкова достала карточку, чтобы сразу расплатиться.
– Сырный латте? Звучит… ужасно, – я скривился, чтобы спрятать улыбку.
– Ты ничего не смыслишь в кофе.
– Я заплачу.
– Нет! – воинственно ответила Юля. – У нас не свидание, так что я сама хотела бы купить себе гребаный кофе и пончик!
Пришлось отступить. Я заказал раф с черной смородиной и сэндвич с курицей, после этого мы заняли столик во второй зоне у окна. Юля села на желтый диван, хорошо контрастирующий с глубоким серым цветом на стенах, я занял место на стуле напротив. Я уже не знал, о чем бы хотел поговорить с Боровковой, мысли путались и не хотели соединяться в подобие диалога. Девушка крутила в руках тарелку с десертом, я же глупо пялился в окно. Сегодня было довольно пасмурно, кажется, будет дождь. Тучи медленно заволакивали голубое небо, скрывая за собой солнце. Ветер раскачивал кроны деревьев, шумел и завывал. Людей за соседними столиками не было, тишину нарушал лишь звук работающей кофемашины.